Психоделические картины уичоли

В 1951 году в мексиканском городе Гвадалахара состоялась выставка необычных картин, выполненных в не менее необычной технике. На простеньких фанерных дощечках были изображены загадочные сцены из жизни неведомых персонажей, напоминающих то ли людей, то ли растения, то ли духов, то ли животных. Яркие ошеломляющие цвета, странные композиции, множество мелких деталей, имеющих свой сакральный смысл. Картины были сделаны странным способом – из ниток, вдавленных в тонкий слой воска. Авторами картин были индейцы из племени уичоли.

Уичоли – малочисленная группа индейцев (по разным оценкам от 8 до 15 тысяч человек), проживающих в труднодоступных горах Сьерра-Мадре на северо-западе Мексики. Народ, который удивительным образом сохранил свою культуру, чудом оставшись в стороне от испанского завоевания Америки в 15 веке. Последующие несколько веков мало затронули уклад, верования и духовные практики уичоли – их земли оказались слишком удалены от очагов цивилизации, а приобретенное в самом начале двадцатого века право неприкосновенности земель позволяет этому небольшому народу сохранять традиции до наших дней. Сами себя уичоли называют Уиксарика – Дети Солнца.

Язык, на котором говорят уичоли, относится к древнейшей юто-ацтекской языковой семье. Своей письменности у индейцев уичоли нет. Роль письменности в сохранении и передаче сакральных знаний выполняют их мистические картины. Все, что изображается – прочитывается. Это некое действо, часть мифов. Все персонажи, среди которых Праматерь Жизни, Огненный Праотец, Старший Брат Голубой Олень (обращающийся в галлюциногенный кактус – пейот, воспетый Карлосом Кастанедой), Старший Брат Ветер, находятся в родстве и с тем, кто создал картину и со всеми другими уичоли. Это не дань традиции – они на самом деле так чувствуют, это не фантастические образы – уичоли так видят.

Европейцы, постигая секрет столь странного мышления и его визуализации, объясняли их влиянием особого растения – пейота, в котором содержится психотропное вещество мескалин. Действительно, пейот используется в ритуальных практиках. Но для уичоли пейот больше, чем растение или компонент ритуала. В нём заключен Дух Голубого Оленя – Старшего Брата – Таматци Кауюмари, который принес себя в жертву, чтобы дать жизнь пейоту. Когда вкушаешь пейот, происходит приобщение – общение с богами – через Старшего Брата, через дух, через пейот. Привычные границы мира раздвигаются и становится видно то, что в обычной жизни невидимо. Но «невидимо» – не значит, что его нет. Видеть можно не только глазами – но и сердцем. Так умели делать Предки и этому можно у них научиться.

Пчеловодство в Мексике

Очень быстро пчеловодство развивается в Мексике. Началось все с того, что в XVIII веке испанцы завезли сюда вместе собой первые медоносные пчелиные семьи. До этого в Мексике в основном были распространены аборигенные пчелы, в основном безжалые, породы тригон и мелипон. Постепенно завезенные медоносные пчелы вытеснили местные породы. Сейчас самой распространенной породой пчел в Мексике является испанская пчела, здесь ее более 70 %. Гораздо реже встречаются серая горная кавказская и краинская породы пчел.

Население Мексики составляет 95 млн. человек, а территория – примерно 2 млн. кв. км. В последние десять лет эта страна производит столько же меда, сколько и Россия, то есть около 50-60 тыс. тонн в год. В списке ведущих мировых экспортеров меда Мексика занимает третье место, после Китая и Аргентины.

В Мексике насчитывается около 2 млн. пчелиных семей со средней производительностью 30,2 кг меда. Потребление меда да одного человека в год здесь доходит до 400 г, что гораздо больше среднемирового уровня. Всего пчеловодов – 40 тыс. человек, из них профессионалами являются - 4-5 тыс., остальные считаются мелкими производителями и любителями. 5% пчеловодов держат небольшое количество, примерно 12 семей, малопродуктивных местных пчел породы мелипон, что можно объяснить традицией и происхождением пчеловодов от древних индейцев майя.

По официальным данным в 2001 г. в Мексике было произведено 55,7 тыс. тонн медовой продукции, из которых в Германию было экспортировано 13,3 тыс. тонн, в США – 2,1 тыс. тонн, в Саудовскую Аравию – 1,2 тыс. тонн, в Англию – 1 тыс. тонн. В отдельные годы среди списка импортеров мексиканского меда числится Россия, куда мед доставляли сравнительно небольшими партиями. Например, в 2000-м году российские компании закупили 22 тонны меда. Импорт меда в эту страну сравнительно незначительный: в 2001 г. – 145 тонн меда, в 2002 г. – 201 тонна. Обычно импортный мед закупают дорогие отели и рестораны, которые расположены в курортных зонах отдыха, и магазины, ориентированные на покупателей с высоким уровнем доходов.

Безжалые пчелы и мелипонокультура

Есть, оказывается на нашей планете пчелы, которые не жалятся – у них нет жал. А производят они мед не хуже, а по некоторым показателям и ценнее, нежели продукт обычных пчел.

Безжалые пчелы - мелипоны являются аборигенными обитателями тропических лесов Азии, Африки и Южной Америки. В общей сложности насчитывается около 600 видов этих насекомых, играющих важную роль в опылении сельскохозяйственных культур и поддержании биоразнообразия на этих континентах.

Мелипоны не имеют жала, хотя это не значит, что они не способны к активной обороне. Защищая свою жизнь и гнездо, они впиваются во врага сильными челюстями. Но в основном это миролюбивые существа, которых принято содержать как домашних животных, и заботу о которых можно поручать даже детям.

Как и медоносные пчелы, мелипоны являются общественными насекомыми, хотя у них нет такого четкого «разделения труда», как в семьях медоносных пчел. В отличие от европейских пчел, мелипоны строят горизонтальные, а не вертикальные соты или вообще обходятся без таковых. Мед они складывают в «горшочки» разных размеров, а не в ячейки, и склонны к специализации на цветках определенных видов растений.

Во многих странах мед мелипон традиционно собирают путем «охоты» в окрестных лесах, но некоторые их виды успешно содержат в небольших ульях и других искусственных гнездах. Такая практика получила название мелипонокультуры.

Средняя семья мелипон производит около 2 литров меда. Как правило, это очень ароматный, горьковатый и острый на вкус мед, содержащий большое количество воды. Поэтому его принято «пить», а не «есть ложками».

Население тропических стран считает мед мелипон не только полезным продуктом, но и ценным лекарственным средством. И стоить он может на порядок дороже, чем мед «европейских» пчел. Его, в частности, используют при лечении болезней глаз. Научные исследования подтверждают, что мед мелипон является сильным природным антибиотиком.

Наиболее вкусный мед дают безжалые пчелы мексиканского полуострова Юкатан. Судя по иероглифам на археологических находках, индейцы майя разводили их уже две тысячи лет назад. К сожалению, в последнее время численность этих пчел в Мексике быстро сокращается из-за утраты исторических традиций обращения с ними, вырубки лесов, развития современного сельского хозяйства и урбанизации населения.

Наибольший прогресс в развитии мелипонокультуры достигнут в Бразилии, где в ряде районов население отдает предпочтение безжалым, а не медоносным пчелам.

В Гане создан Международный центр безжалой пчелы, задача которого - пропагандировать мелипонокультуру в странах Западной Африки. Аналогичные усилия предпринимаются в странах Центральной Америки.

Попытки разведения мелипон за пределами тропиков пока не увенчались успехом. Исключение составляет разве Япония, где один из видов этой пчелы используется для опыления в теплицах.
Специалисты пророчат мелипонокультуре большое будущее.

Сила шамана в длине волос

Когда Далила состригла волосы Самсона, прежде непобедимый он был повержен

Публикую мнение моей знакомой шаманки Синильги о способностях, которые дают человеку длинные волосы:

Обычно у шаманов принято вообще не стричь волосы. Я както не обращала на это внимания тем более так как приехала в Россию. Недавно вообще подстриглась почти налысо так как летом жарко. Заметила что чувствительность упала.
Вот нашла интересную статью об этом.
Правда о волосах, на опыте использования индейцев в вьетнамской войне.
Правда о волосах,
или почему индейцы предпочитают длинные волосы (С.Янг)

Эта информация о волосах была скрыта со времен Вьетнамской войны.

Наша культура говорит людям о том, что стиль прически — это личные предпочтения, что стиль прически — это мода и/или удобство, и то, как люди носят волосы — это просто косметический вопрос. Возвращаясь к периоду Вьетнамской войны, можно обнаружить иную картину, скрытую от большинства людей.

В начале 90-х Салли (имя изменено для сохранения конфиденциальности) вышла замуж за психолога, который работал в медицинском госпитале министерства по делам ветеранов. Он работал с боевыми ветеранами с посттравматическими стрессовыми расстройствами. Большинство из них служило во Вьетнаме.

Салли рассказывает: «Я ясно помню тот вечер, когда муж пришел домой, держа в руках официального вида толстенную папку. Внутри были сотни страниц правительственных исследований. Муж был шокирован содержанием. То, что он прочел в этих документах, полностью изменило его жизнь. С этого момента мой консервативный, придерживающийся срединных взглядов муж начал отращивать волосы и бороду и больше уже никогда не стригся. Более того, медицинский центр министерства по делам ветеранов позволил ему это, и еще несколько других консервативных мужчин-сотрудников последовали его примеру.

Когда я прочитала документ, то поняла почему. Оказалось, что во время Вьетнамской войны специальные войска военного департамента посылали секретных агентов в резервации американских индейцев для поиска талантливых скаутов, крепких молодых людей с навыками бесшумного передвижения по пересеченной местности. Они специально искали мужчин с выдающимися, почти сверхъестественными, способностями к слежению. Отмечалось, что эти тщательно отобранные люди были настоящими экспертами в области слежения и выживания.

Для вербовки новых рекрутов использовалось обычное заманивание и хорошо испытанные вкрадчивые фразы, таким образом, некоторые индейские охотники попали на срочную службу. Однако после того, как они были завербованы, произошло нечто удивительное. Те таланты и способности, которыми они владели в резервации, таинственным образом исчезли, и новобранец за новобранцем терпели полный провал, ведя себя на боевом задании совсем не так, как от них ожидалось.
Поиск причины неудач привел правительство к проведению дорогостоящего тестирования этих рекрутов, и вот что было обнаружено.
На вопрос о провале старшие рекруты все, как один, отвечали, что когда их коротко подстригли по-военному, они не могли больше „чувствовать“ врага, не могли больше получать доступ к „шестому чувству“. Они не могли больше положиться на свою „интуицию“, не могли „читать“ тайные знаки также хорошо, как раньше, и не могли получить доступ к тонкой экстрасенсорной информации.

Итак, исследовательский институт завербовал еще индейских охотников, разрешил оставить им длинные волосы и провел тесты в различных сферах. Затем они объединили мужчин, которые показали одинаковые результаты во всех тестах, в пары. У одного из мужчин в паре они оставили длинные волосы, а другому сделали короткую военную стрижку. Затем эти двое вновь прошли испытания.

Раз за разом мужчины с длинными волосами показывали высокие результаты. Раз за разом мужчины с короткими волосами не выдерживали проверок, в которых раньше показывали высокие результаты.

Вот примеры типовых тестов:

Рекрут спит в лесу. Вооруженный „враг“ приближается к спящему. Мужчины с длинными волосами просыпались от чувства сильной опасности и уходили задолго до появления врага, задолго до того, как слышались какие-либо звуки, свидетельствующие о приближении неприятеля.

По другой версии этого теста длинноволосые мужчины чувствовали приближение и интуитивно ощущали, что враг предпримет физическую атаку. Они доверяли „шестому чувству“ и оставались неподвижными, притворяясь, что спят. Затем быстро хватали атакующего и „убивали“ его, как только „враг“ приближался достаточно близко, чтобы напасть.

Этого же рекрута, после прохождения этого и других тестов, коротко по-военному стригли, и он последовательно проваливал множество тестов, которые до этого успешно проходил.

Итак, документ предписывал, чтобы все индейские охотники были освобождены от необходимости коротко стричься. Фактически требовалось, чтобы охотники „оставались с длинными волосами“.

Сойт. Опыт шамана: Законы Иного Мира

Дайте мне Небо, и я вознесусь!
Человеку свойственно стремиться создать систему правил, которые будут не только универсальным описанием существующего порядка вещей, но и впоследствии смогут уже и сами по себе этот порядок поддерживать, регулировать….. и в случае необходимости устанавливать заново. В то же время стремление к свободе, в том числе и внутренней, столь ценимой именно вреди магов, тоже в идеале должно быть удовлетворено. Другими словами, правила должны быть, но при этом эти правила должно отличать одно: универсальность. Имеете ли вы дело с шаманизмом, виккой, каббалистическими учениями или ритуальной «западной» магией– вы бы хотели взглянуть на некие законы, которые в той или иной степени аксиоматичны для всех эзотерических систем и мировоззрений. Возможно, что нижеследующее сможет в чем-то соответствовать этим утопическим, но имеющим право на существование ( хотя бы для нас, неисправимых оптимистов) мечтам:

Законы иного мира.

1. Придерживайтесь Пути, который ведет вас, какую бы цель вы перед собой ни ставили.
2. Никогда не бойтесь отвлекающих факторов; не сворачивайте в стороны.
3. Отвечайте тем, кто выказывает любовь к вам; уважайте тех, кто выступает в роли хранителей.

Предпринимая что-либо, я не нуждаюсь в надеждах,

упорствуя в своих действиях, я не нуждаюсь в успехах!
Что касается первого закона, знайте ,что те, кто путешествовал до вас, оставили свой след на камнях и тропинках, которые приведут вас туда, куда вы хотите прийти.
Первый закон можно понимать и так: если вы выбрали свой Путь, то не стоит сомневаться в своем выборе. К Истине ,Свету , Тьме, Вечному , Истокам , словом, туда, куда мы и держим путь , можно прийти разными дорогами./Метаться от традиции к традиции, от Школы к Школе–не стоит. Стоит пытаться познать возможно больше , но не сходя со своего Пути. Вы можете досконально изучить теорию энергоинформационных полей и увлечься идеей Дальнейшего Энергоинформационного Развития , но при этом не переставая быть ведьмой или некромантом./ Если вам необходимы ориентиры, то смотрите на Пути , схожие с вашим, на Идущих по Пути, напоминающему ваш собственный. Доверяйте своему выбору и доверяйте выбору этих Идущих. Если перед вами возникает проблема ,и вы не можете принять окончательного решения, то постарайтесь встать на позицию тех, кто был в вашем положении ранее. Спросите совета: гордость ничто по сравнению с Истиной. Но ,главное, будьте готовы этот совет выслушать. Когда ищите ответ–сначала сформулируйте вопрос. Если это вам удалось, то поразмышляйте над ним еще, напишите на бумаге магическими чернилами, оставьте на лунном свете, прижав бумагу кристаллом. Пусть ветер пролистает ваши мысли как книгу, пусть дождь размоет ваши недоумения, придав им фантастические формы. В них вы можете увидеть то, что так долго и тщетно пытались обрести. Помедитируйте, спросите у карт, рун, иного оракула. Не зря говорится, что ответ на 90% уже в вопросе.

Самолюбие как печень – чем больше, тем больнее.
А если уж решились спросить кого-то из т.н. «живущих», то сначала побеспокойте того, чья жизненная же позиция и ( главное!) восприятие им окружающих совпадают с вашими. Первое условие необходимо для того, чтобы содержание ответа было вам доступно. Второе–для того, чтобы вы могли воспринять его в той форме, в какой он ,скорее всего , будет высказан. Ведь даже самый компетентный специалист-маг, не умеющий недвусмысленно, но при этом деликатно поставить вас перед лицом необходимости , к примеру , что-то в себе изменить, может лишь ухудшить ситуацию .Если просят о совете вас, то не забывайте: ЧСВ–порок, не свойственный лишь буддам. Все остальные в той или иной мере им ,увы, наделены. Если вы полагаете, что ЧСВ спрашивающего может пострадать от вашего ответа, то либо облеките совет в удобоваримую форму, либо воздержитесь от ответа. Иногда это ваша неспособность выступить в качестве советчика говорит о вашем нежелании давать совет вообще, тратить силы. Иногда это — сигнал вашего неумения правильно оценить ситуацию . Когда вы выслушали ответ, имейте в виду, что полученный совет всегда(!) содержит ответ на ваш вопрос, причем этот ответ существует в вашей реальности, и только для вас. Да, потом сам советчик может воскликнуть нечто вроде «он не так понял», но тот ,кто понимает, кто вообще способен что-то понимать и устанавливать место той или другой «истины» в своей системе мироздания, тот изначально понял так. Для себя–именно так. Лишь последующие события ( иногда в масштабах близких к историческим) могут доказать ,что именно было истолковано верно, а что нет. Любой совет, любой ответ на любой вопрос–это всего только дополнительный фактор, стимулирующий ваше собственное развитие сознания и умения управлять собой в движении по Пути. Иной раз вы станете просто нуждаться в том, чтобы вам указали возможный источник вашего непонимания, а решение вы в состоянии подобрать сами.
Отвлекающие факторы постараются сбить вас с дороги, указанной посредником; вам может показаться, что стоит свернуть с основного энергетического пути, который ведет вас и поискать новый. Но такие мысли и образы только отвлекают путешественника, и мы настоятельно рекомендуем не поддаваться подобным соблазнам. Иначе вы едва ли добьетесь больших успехов в магической работе и в повседневной жизни.
Тихими зимними вечерами Шерлок Холмс играл
на своей скрипке для миссис Хадсон.
Звуки скрипки разносились по ночному Лондону,
и от этого у хулиганов отнимались ноги,
у грабителей опускались руки.
Насильники тоже были недовольны.
Кратчайшим путем между двумя точками является прямая. Недаром множество олицетворений, метафор связывают с обходными путями всяческие неутешительные прогнозы и обещания. Те, кто отправился «кривой дорожкой», однако, не всегда ренегаты и изменники Пути. Важно понимать только одно, что главное: определиться с приоритетами–и определиться сразу(!). Все, что происходит потом может оцениваться только с точки зрения вашей будущей, сформулированной ранее цели и , естественно, целесообразности. Всякая информация, попадающая к вам в руки достояна внимания ровно в той мере, в которой занятость тем или иным делом вписывается в ваш Путь к вожделенной Цели. Если вы не выходите за рамки Пути, то самое жуткое, что случается с вами–это некоторая заминка, толковать которую как исключительно негативный опыт и ничего более я бы не рискнула. Даже нулевой результат тех или иных действий подчас впоследствии оборачивается возможностью избежать многочисленных ошибок, уготованных другим. ( Так, Искатель, познавший порок в юности, изначально отстал от юноши праведного и летящего к Великой Цели с самого детства. Но стоит тому же самому пороку встать на Пути обоих снова, то тот, кто сознательно оставил порок , имеет намного больше шансов справиться с ним , чем тот, кому это искушение неведомо. Дело в том, что тот, кому порок известен, в курсе природы этого явления. Для неопытного же порок может предстать под личиной Истины и тогда случается то, о чем говорится в Законе: Путь оказывается забыт. Это часто случается с практикующими тантрический секс: из способа достижения высшей гармонии , единение с мужчиной или женщиной становится целью. При этом духовного базиса подобного поведения уже не может возникнуть: время упущено. Искатель заблудился. Но отвлекающими факторы будут не всегда. Во множестве случаев вам покажется, что прямого влияния на ваш Путь то или иное событие не имеет, но здесь вашим союзником окажется память. Вы как рачительный хозяин спрячете новые данные в подвалы ваших воспоминаний. И в будущем, может, вовсе и не в этой жизни, встреченная, найденная и заботливо сохраненная вами информация наконец пригодится. Этим может объясняться ,например, тот факт, что при изучении научных трактатов практически все маги и ведьмы испытывают своеобразный синдром тотального припоминания.
Трудности , с которыми подчас придется столкнуться на пути, могут показаться отвлекающими факторами. Однако когда вы окажетесь в затруднительном положении, важно вспомнить, что оно является вашим внутренним порождением и не существует вне вас. Будьте готовы к трудностям. Подумайте, почему вы испытываете их, и в следующий раз постарайтесь с ними разделаться.
Северные ученые вывели новый сорт бананов.
Маленькие, хилые, они с трудом пробиваются
сквозь лед и умирают со словами:
«Жизнь – отстой!»
Шаманы полагают, что любое путешествие «вне» — суть путешествие «внутрь». Любой ответ на любой вопрос вы находите внутри себя и все монстры, все порождения тьмы–это порождения не тьмы внешней, но тьмы внутренней. Что именно порождает чудовищ –сон ли разума, дряхлость ли чувств–это и необходимо узнать, чтобы избежать препятствия при путешествии. Порой , отказываясь от того или иного действия в Иных Мирах , мы так же точно отказываемся от его аналога в мире реальном, физическом. И много лет спустя и в обыденной жизни и вновь путешествия, мы снова видим препятствие…то же самое….Но уже с другой стороны…Мы его не преодолевали…Мы его не обходили….Но мы его миновали, потому что уступили , не уступая…Потому что приняли , и ввиду этого
Третий закон понять довольно легко . Отходите прочь от враждебных или угрожающих вам существ. Никогда не следуйте за ними, если вы их боитесь.
Умер старый козел. И вот спускается душа его,
как положено, к реке, а там – лодка,
и на веслах сидит волк.
Козел так и замер с испуга, а волк говорит:
- Че смотришь, капусту давай!
То, что страшит вас– страшит не зря. Вы не уверены, сможете ли победить то, что преградило вам Путь. Шаманы говорят, что если вы Воин, то от чудища нужно убежать, если же вы Целитель ( или Искатель), то нужно дать чудищу поглотить себя, проделать путь сквозь него и возродиться вновь, пройдя испытание. Скорее, все и верно зависит от вашего личного взгляда на вещи. Если вы воин, то неизбежно воспринимаете все проблемы и преграды как монолитные сооружения, образования. Они активны сами по себе, они способны атаковать и одержать над вами победу. Как только перевес Силы за вами–вы перестаете испытывать страх, ибо воины вообще «страха» не испытывают, лишь осторожность. Осторожность, в отличие от страха, объективна. Если она подсказывает вам «беги»–бегите. В следующий раз та же осторожность шепнет вам «ты можешь сделать это»– и вы сделаете. Но если вы Искатель, то любое чудовище–это порождение многих источников. Вы можете позволить себе стать его частью и одержать победу изнутри, познав явление, разложив его на составляющие. Если вы мыслите конкретными образами, то это познание и верно выглядит как будто вас поглотил монстр, а вы , растворяясь внутри него , все равно сохраняете свою самостоятельность и способны принять прежний вид и форму ( или же любое желаемое воплощение либо очертания) уже после того, как животное-враг исторгнет вас из себя естественным способом. Впрочем, я встречала описания, где сожравшее чудище Искателем «давилось» или же впоследствии отрыгивало его/ее, либо страдало от жестокого несварения желудка. Если вы мстительны, а мера смирения у вас не так велика, помните, что и сами по себе вы можете стать весьма ядовитым «блюдом».
Проводники, которые выйдут вам навстречу, будут испытывать к вам любовь, но не всегда будут кроткими и покладистыми. Они излучают ауру заботы о вас и о ваших интересах .
Встpечаются двое.
- А вы слыхали, какое пугало Рабинович
поставил у себя на огоpоде?
- Hет, а какое?
- До того страшное, что вороны вернули урожай за прошлый год!
Другое дело–ваши проводники. Стоит очень четко представлять себе, что такое «любовь» в данном контексте. Это не привязанность, но любовь в истинном своем обличье–та самая, что неотделима от заботы и сочетается с отношением подчас даже нежным. Иногда проводники будут относиться к вам будто «свысока». Это не должно вас удивлять, ведь вы для них как те персонажи из шуток (собаки или студенты), которые «все понимают, но сказать не могут»). Когда вы научитесь ловить каждый взгляд проводника, когда любой его жест будет значим для вас, и вы сможете синхронно думать, то и у вас появится необходимый элемент доброго отношения с проводником–благодарность, почтение и …да, именно, любовь. «Покладистость», соглашательство– недостаток, который часто говорит в Ином Мире о полнейшем к вам безразличии. То, что в физическом мире полагают «конформизмом» , умением идти на компромисс, в мире Ином не достоинство…не недостаток…а показатель нейтралитета. Проводник же изначально «не нейтрален». И это стоит оценить!
Подношение даров проводникам–очень важный момент: он демонстрирует вашу готовность включиться в энергетический обмен между внутренним и внешним миром.
Давно признанный факт: чтобы что-то получить, необходимо сначала что-то отдать. Иногда вы можете сначала получить совет и помощь. Ваш друг-проводник ничего не потребует взамен. Они порой относятся к нам как к детям, чья благодарность приятна, но….не ожидаема. Тем не менее это отнюдь не повод продолжать вести себя в том же духе. Благодарность, подношение само приносит радость. О да, это обмен…но это не тот обмен, к которому вас принуждают. Это обмен, от которого вы, имей вы такую возможность, вы сами не стали бы отказываться. Вы жертвуете не алыми шелковыми лоскутами, не вином и не пивом, не благовониями….В жертвуете частичкой себя, той самой частью, которая понимает, что дарить–это ни с чем не сравнимое удовольствие. И самый ценный дар, приносимый вами–это энергия вашей радости, вашего счастья от общения.
Крайне необходимо проявлять уважение к таким существам. Не препирайтесь с ними, не кричите на них, не пытайтесь их игнорировать, иначе под угрозой окажется все ваше путешествие, а также и будущие контакты с ними. /…/
Иногда проводники могут быть ( или показаться вам) капризными и раздражительными. Помните, что у них могут быть свои причины быть недовольными вами. Попробуйте вежливо и корректно спросить их об этом. Часто вы можете быть здорово удивлены их прозорливостью, а их пусть и «раздраженные» советы принесут вам много пользы впоследствии.

Изменённые состояния сознания в обрядах североамериканских индейцев

 

В. Г. Жилек
(Пер. А. А. Белика, Ю. В. Незнаевой, О. Н. Кубановой, Е. А. Зелинской)
Словосочетание «измененные состояния сознания» (ИСС) стало общепринятым обозначением явлений, пере­живаемых и наблюдаемых в гипнотическом или медита­тивном трансе, в так называемых истерических диссоциа­циях, в экстатических состояниях религиозного открове­ния или во время «одержимости» определенной силой или духовной сущностью, обычно традиционного (родового), бо­жественного или дьявольского происхождения. Различия между этими видами состояний зависят от ситуативного и социокультурного контекста. Они не основаны на психоло­гических или нейрофизиологических различиях. Феноме­нология и генезис измененных состояний был подробно описан Людвигом (Ludwig, 1966; 1968), а краткое определе­ние предложено Тартом: «Измененное состояние сознания для данного индивида состоит в том, что он отчетливо ощу­щает качественные изменения в образцах (формах) психи­ческого (mental) функционирования, причем он чувствует не только количественные изменения, но также и то, что не­которое качество или качества его психических процессов — другие» (Tart, 1969. P. 2). И описание Людвига, и опреде­ление Тарта согласуются с понятием, введенным Манфредом Блейлером (Bleuler, 1961), — Bewusstseinsverschiebung (измененное, смещенное сознание). Людвиг (Ludwig, 1968) перечислил условия, которые могут вызвать измененное состояние сознания:

1) снижение внешней стимуляции и (или) моторной активности;

2) увеличение внешней стимуляции, двигательной сверхактивности и эмоционального сверхвозбуждения;

3) концентрированная и избирательная насторожен­ность — готовность;

4) снижение готовности и падение критичности;

5) сомато-психологические состояния, такие как гипер­вентиляция, гипоксемия, обезвоживание, гипогликемия, лишение сна и воздействие критических температур.

Некоторые или все из этих условий постоянно исполь­зуются в обрядах современных североамериканских индей­цев, выбранных в качестве образцов для данной статьи. Этнографические сведения о них представлены как мои соб­ственные, так и из литературы. Эти обряды — «Танец Солн­ца» культурного ареала индейцев Plains и «Танец Духа» культурного ареала индейцев Salish Северо-Западного побе­режья. Особое внимание следует обратить на роль ритмико-сенсорной стимуляции, являющейся неотъемлемой чертой не только большинства обрядов североамериканских ин­дейцев, но также и большинства ритуалов, связанных с трансом, в других культурах. В то время как эффект ритми­ческой сенсорной стимуляции (особенно звуковыми стиму­лами) рассматривался в нейрофизиологических исследова­ниях начиная с первых работ Адриана и Мэтьюса (Adrian, Matthews, 1934), важное исследование Уолтера и Грея Уол­тера (Walter, Walter, 1949) некоторое время не принима­лось во внимание. Эти исследователи пришли к выводу, что ритмическая сенсорная стимуляция органа слуха в целом может быть осуществлена только при использовании стиму­ла, содержащего в качестве составляющих звук чрезмерной громкости, подобный тому, что производится ненастроен­ными ударными инструментами, непосредственно окружа­ющими индивида. Ведущие нейрофизиологические лабор

тории продолжили экспериментировать с неустойчивым чи­стым тоном акустической стимуляции (например, Gastaut, Roger, Corriol, Gastaut, 1949; Goldman, 1952). Но все же до исследований Нехера (Neher, 1961; 1962) не был продемон­стрирован нейрофизиологический эффект ритмических уда­ров. В экспериментах Нехера клинически и электроэнцефа-лографически нормальные индивиды были подвергнуты воздействию низкочастотной стимуляции с высокой ампли­тудой, производимой специфическим барабаном — инстру­ментом, очень близким к оленьим барабанам, используе­мым в обрядах североамериканских индейцев. В ЭЭГ всех испытуемых ведущие слуховые реакции в основном про­явились в каждом частотном диапазоне стимула (3, 4, 6 и 8 циклов в секунду), а также в секундной гармонике и секун­дной полугармонике некоторых частот стимула (Neher, 1961).

Сходные с ними субъективные реакции, включающие визуальные и слуховые образы, получены и в результате световой стимуляции в экспериментах Нехера (Там же). Согласно его исследованию (Neher, 1962), реакции усилива­ются посредством ритмов, подкрепляющих основной ритм, и сопутствующей ритмической стимуляцей в тактильной и кинестетической сенсорной форме. Восприимчивость к рит­мичной сенсорной стимуляции увеличивается в стрессовых ситуациях в результате выброса адреналина, а также по­средством гипервентиляции и гипогликемии. Все эти фак­торы присутствуют в «Танце Духа» у индейцев Salish и в обряде «Танца Солнца».

Особый интерес в этих ритуалах представляет открытие того, что интенсивная сенсорная стимуляция оказывает тор­мозящее действие на передачу болевых сигналов в области мозга, отвечающей за сознание.

Нехер (Neher, 1961) обнаружил, что ритмы ударов, со­ответствующие или близкие к частоте тета-диапазона ЭЭГ (4—7 Гц), наиболее эффективны, и предположил, что этот тип сенсорной стимуляции может преобладать в церемони­ях, связанных с поведением в трансе. Он рассмотрел этног­рафические данные из Сибири, Африки, Гаити и Индоне­зии, но не Северной Америки, и предположил, что «необыч­ное поведение, наблюдаемое в церемониях с использовани­ем барабана, главным образом есть результат ритмичных ударов, которые воздействуют на центральную нервную систему» (Neher, 1962). Исследователи ритуалов с использо­ванием транса предполагали прямое непосредственное воз­действие на центральную нервную систему (ЦНС) ритми­ческих звуков, продолжающихся длительное время. Как отмечал Олдос Хаксли: «Ни один человек, как бы он не был высоко цивилизован, не сможет длительное время слушать африканского “ударника”, монотонное пение индейца или исполнение гимнов Уэльса и остаться цельной, критичной и сознательной личностью… Если воздействие там-тамов и пе­ния достаточно долгое, то любой из наших философов в конце концов скакал бы и голосил с дикарями…» (Huxley, 1961. P. 369).

Принс (Prince, 1968) принимал во внимание возмож­ность того, что звуковые стимулы (вибрации) «...обычно используются как основной вход в диссоциативные состоя­ния». Его рекомендации по исследованию транса и одержи­мых состояний телеметрическим контролем ЭЭГ у полнос­тью подвижных «native-участников» таких ритуалов еще не осуществлены, и таким образом наши выводы о звуко­вых (слуховых) стимулах в обрядах, содержащих изменен­ные состояния сознания, еще предстоит подтвердить в ЭЭГ в полевых исследованиях.

Танец Духа индейцев Salish

Церемония «Зимнего Танца Духа» племен побережья Британской Колумбии и штата Вашингтон (Salish) — оста­ток древнего североамериканского культа Духа-Хранителя, распространенного на Тихоокеанском побережье Северо-За­пада. В прошлом присущий многим культурным ареалам Североамериканского континента, культ Духа-Хранителя концентрируется вокруг переживания видений как сред­ства достижения и контроля (управления) сверхъестествен­ной силой (см. Benedict, 1923). Содержание этих видений и сопутствующих им событий закреплено мифологической традицией и племенными соглашениями и соответственно различно у разных групп аборигенов. Существует, тем не менее, универсальное осознание, что поиски духа, совершае­мые посвящаемым молодым индейцем, должны быть увен­чаны интенсивным переживанием огромной личностной значимости и невыразимым глубоким трепетом, наступающим в состоянии измененного ощущения и восприятия: неожиданной встречей с охранительным духом, который откроет свои секретные свойства и вознаградит ищущего своей силой. Вознаграждение поисков духа молодым индей­цем в традиционной культуре Salish побережья Северо-За­падного побережья видением примиряющего Духа-Храни­теля ведет к временной «болезни духа» в юношеском возра­сте. Это ритуализированное патоморфное (подобное болезни, но не патологическое) вступление к публичной демонстра­ции сил духа в церемонии зимнего танца. От тех, кто пре­тендовал на успешное завершение поисков духа, ожидалось испытать страстную тоску по прошлому и показать культур­но предписанные симптомы «...того, что он смог превратить болезнь в силу». Эта «болезнь духа», во многом аналогич­ная инициированной болезни многообещающего шамана, описанного Элиаде (Eliade, 1964), и есть вестник прихода особого зимнего сезона, во время которого в «Танце Духа» произойдет посвящение молодых индейцев.

К 1951 году, когда был наконец отменен в законодатель­стве Канады позорный закон, запрещающий обряды (при­нятый в 1884 году для подавления приверженности обрядам у коренных жителей), западные исследователи думали, что шаманизм Salish исчез навсегда. Однако в 1960 годах при­верженцы шаманских обрядов появились на всей террито­рии побережья, где проживают индейцы Salish, что можно называть попыткой аборигенов (nativistic) воскресить «Та­нец Духа». Посвящение в эту церемонию стало средством, помогающим многим отчужденным индейцам достичь куль­турной идентичности и психосоциальной реабилитации. В современном обществе Salish Северо-Западного побережья традиционный термин «болезнь духа» используется при обо­значении состояния постоянной дисфории и формирования психофизиологических симптомов в контексте социокуль­турной дезориентации и депривации, которые я описывал в других работах под термином депрессия разложения (Jilek, 1974). Для несоциализированных индейцев, испытываю­щих депрессию разложения, традиционное наименование «болезнь духа» обеспечивает допуск к терапевтическому процессу посвящения в Танец Духа, который в прошлом был психогигиеническим ритуалом, а с возрождением в 1960 годах приобрел характер специфического, культурного ритуала психотерапии. Человек, подверженный «болезни

духа», чувствует, что обладает неконтролируемой, необуз­данной силой, которая может уничтожить его, если он не покорит ее в процессе инициации и не использует как энер­гию Духа-Хранителя. Эта энергия амбивалентно ощущает­ся как целительная только теми, кто следует традиционно­му предписанию «Индейских принципов» (Indian Ways) достойного поведения, в то время как ярость Духа-Храните­ля уничтожит тех, кто сопротивляется и отходит от принци­пов — это произойдет с теми, кто поддался «духам зла» (evil spirits) алкоголя и наркотиков. Подверженных «болез­ни духа» называют «мертвыми больными» (dying sick), и они должны пройти искупительный ритуал смерти в одном из тяжелых испытаний инициации — духовном танце, во время которого их «хватают» (grabbed) и символически «избивают до смерти» (clubbed to death) исполняющие об­ряд и их помощники. Затем их «воскрешают» (stood up again), они вновь рождаются как младенцы к новому и бо­лее полноценному существованию — после периода, прове­денного практически во внутриутробном состоянии в тем­ном уединении курительной палатки (smoke-house tent) под заботливым присмотром «сторожей» и «нянек». Вместе со своими ассистентами, шаман, исполняющий ритуал, помо­гает инициируемым пациентам «исполнять их песню Духа», для того чтобы выявить их духовную энергию в хореогра­фической психодраме «Танца Духа». «Песня Духа» выра­жает и олицетворяет силы, предоставленные посвященно­му во время наивысшего переживания, называемого «образ сна» (su’lia). «Нахождение песни Духа» означает второе рождение посвященных и «возвращение из мертвых»: пос­ле периода созревания, длящегося 4 дня, «младенец» вык­рикивает новые песни, сопровождаемые ритмами барабанов и песнями подручных. Затем посвященный бежит по лесу, погружается в курительную палатку, и четырежды погру­жается в холодный горный поток, выполняя процедуру, предполагающую «полностью вернуть ребенка к жизни». Шаманская энергия вселяется в новообращенного проводя­щим ритуал, который вдувает свое наполненное силой ды­хание в «новорожденного».

В процедурах инициации, практикующихся сегодня, традиционные долговременные поиски охраняющего нас духа под воздействием взаимопроникновения культур со­единены с обрядом «Танца Духа». Таким образом, если раньше энергия духа достигалась посвященным в индивидуаль­ных поисках, потом демонстрировалась и покорялась в ини­циации, то сегодня она приобретается в процессе инициа­ции, который также образует исключительную терапию при «болезни духа».

Жесткий режим посвящения продолжается, пока кан­дидаты не «найдут свою песню и танец» в момент, когда дух-хранитель, который сегодня именуется как «Дух Ин­дейца» или «Сила Животного», входит в посвящаемого и преподносит ему дар личной энергии духа, песни и танца. Посвященные чувствуют вновь обретенную силу, когда песнь сходит с их губ и когда спонтанный скачкообразный танец увлекает их в smokehouse. Блаженные переживания современных исполнителей «Танца Духа» можно сравнить с измененными состояниями сознания под воздействием опиатов:

«Я подпрыгивал на три фута в высоту и ощущал такое возбуж­дение, необычайное ощущение, как бывает, когда ты плывешь или паришь в воздухе; чувствуешь, что ты поднялся по-настоящему высоко. Раньше я испытывал такое только однажды под воздей­ствием героина, но тогда после этого я прошел через ад, это было ужасно, — с энергией “Песни Духа” ты не испытываешь таких кошмарных последствий».

Процесс посвящения дает возможность новым участни­кам пройти обучение, которое позволит повторно входить в состояния измененного сознания без предварительной под­готовки, чтобы ощутить и выразить шаманские силы в пос­ледующих сеансах «Танца Духа». Каждый зимний сезон они будут погружаться в терапевтическую церемониальную программу, которая объединяет в себе активную деятель­ность с физическими упражнениями, психодраму с очисти­тельным самовосстановлением, прямую суггестивную под­держку эго и логотерапевтическое переутверждение значе­ния естественного существования.

«Танец Солнца»

«Танец Солнца» был наиболее пышной церемонией степ­ных племен Algonqual, Siouan, Caddoan и Shoshonean. «Бо­лее чем любая другая церемония или событие, этот танец дает племенам возможность для выражения эмоций в ритме» (Dorsey, 1910). Он включает в себя сложные групповые обычаи, ассоциирующиеся со знахарской силой и мифоло­гическими темами войны и охоты на бизонов, и привлекает большое число участников-танцоров, певцов, барабанщиков и зрителей.В племенах Siouan «Танец Солнца» праздновался каж­дое лето; в других, таких как народ Blackfoot, выдерживал­ся иррегулярный интервал в 2 или 3 года. Среди степных (plains) Algonquians представление требовало заклинания, произносимого обычно целомудренной женщиной, для того чтобы отвести несчастья от себя или от всего рода — следо­вательно, церемония имела профилактическое значение. Собственно церемония танца продолжалась до четырех дней; ей предшествовали четыре дня поста, испытание жаждой и предварительные ритуалы, а за ней следовали игры, угоще­ния и другие празднества, так что весь праздник мог растя­нуться на две недели. Знахари демонстрировали силу и ис­полняли свои обязанности при совершении исцеляющих обрядов; у Assiniboini для этой цели предусматривался це­лый день (Jenness, 1960). Традиционный «Танец Солнца» утратил свою основную функцию — обеспечения сверхъес­тественной поддержки личности и коллективного успеха в войне и на охоте — когда сопротивление индейцев, предпи­сываемое кодексом чести, было окончательно подавлено ка­валерией США, а стада бизонов были уничтожены «белы­ми» охотниками. В последней отчаянной попытке обраще­ния к сверхъестественным силам многие индейские народы прибегают к культу «Танца Духа», исполняя ритуал «Танца Солнца» (Mooney, 1896). Это преобразовательное движение (Aberle, 1966) имело следствием тотальное изменение в на­дындивидуальной системе и вдохновлялось пророческими видениями, испытываемыми лидерами и их последовате­лями в измененных состояниях сознания. Движение «Танца Духа» закончилось кровавым подавлением восстания сиу, начавшегося в 1890 году. Неудача «Танца Духа» заставила шаманов Shoshone, снова действующих под влиянием оне-роидных видений, изменить направленность церемонии «Танца Солнца», ориентировав ее на исцеление от болезней и облегчение социальных невзгод (Jorgensen, 1972). Цере­мония развилась в искупительное движение (Aberle, 1966) с терапевтическими целями — достичь целостного измене­ния в личности, чтобы содействовать духовному, эмоциональному и физическому здоровью и таким образом извлечь пользу для общины.

«Танец Солнца» как терапевтическое движение продол­жался в небольших масштабах среди Shoshone и Ute. Танец Солнца сиу был официально запрещен в 1880 годах властью правительства Соединенных Штатов, осознавшего национа­листический потенциал этой церемонии, причем акцент был сделан на нецивилизованный обряд пытки, что обеспечило запрету поддержку общественного мнения. В церемонии «Танца Солнца» аборигенов степных племен — за исклю­чением Kiowa и Assiniboine — самоистязание было самой яркой чертой публичного представления (Dorsey, 1910; Jenness, 1960). Более молодые индейские воины стреми­лись умилостивить сверхъестественные силы приношени­ем в жертву своих страданий и в то же время получали личные духовные силы (также как и осознание себя частью племени). Кожа посвящаемых пронзалась острым вертелом на груди, плечах или спине и привязывалась за прорези крепкими ремнями к центральному столбу или черепам буй­волов. В течение долгих часов посвящаемый должен был танцевать (сгибать спину), будучи подвешенным на ремнях к шесту, или — если он был привязан к черепам буйволов — должен был волочить эти черепа вокруг всего лагеря. Среди Oglala сиу престиж человека зависел от того, подвергался ли он пыткам «Танца Солнца» и имел ли он шрамы, под­тверждающие это (Driver, 1969).

Церемония «Танца Солнца», прежде объявленная вне закона североамериканским высшим обществом, эффектно возродилась, когда изменение духа времени вызвало в 1950 годах национальный ренессанс, которому мы являемся сви­детелями (Jilek, 1978). К середине 1960 годов «Танец Солн­ца» снова процветал как основной местный (туземный) це­ремониал индейских племен в Вайоминге, Айдахо, Юте и Колорадо, имея большее число последователей, чем Нативистская Американская Церковь Культа Кактуса (пейо-тизм), и привлекая многих ее членов. С того времени, как «Танец Солнца» был возрожден также среди сиу (около 1960 года), сотни участников и зрителей снова собираются каж­дый такой праздник в августе в резервации Pine Ridge в Северной Дакоте.

Церемония «Танца Солнца», так же как и посвящение «Танца Зимы» у индейцев Salish, фокусируется на обретении сверхъестественной силы. Эта сверхсила может быть обретена участниками, даря им здоровье и успех, а также утешение страдающим и обездоленным соплеменникам. Эта сверхъестественная сила может умилостивить некие духов­ные силы или нейтрализовать воздействие зла. По суще­ству, эта сила — сила шамана, и на основе сравнения мы можем утверждать, что «Танец Солнца» имеет характерис­тику инициации шамана. Он включает вызывание сновиде­ний и следование инструкциям, наставления и испытания, проводимые шаманом, тяжелые испытания постом, жаж­дой и мучительными самоистязаниями в поисках личного божественного видения, получаемого в них. Характер це­ремонии как оригинальной шаманистской инициации под­держивался традицией индейцев сиу, так как в прошлом исключительное значение в суровых испытаниях «Танца Солнца» играла подготовка воинов в качестве целителей (Burland, 1965). Сегодня возрожденный «Танец Солнца» сиу снова включает в себя тяжелое испытание самопожертвова­нием, прежде запрещенное властями Соединенных Штатов. Некоторые посвящаемые дают священную клятву танце­вать «с пронзенной плотью» в нескольких последующих ежегодных церемониях (Nurge, 1966).

Современный обряд «Танца Солнца» проводится, как правило, в течение трех дней и трех ночей. Танцорам ак­компанируют команды певцов-барабанщиков и зрители из того же племени, обеспечивающие моральную поддержку и ободрение. Ритуал управляется предводителями шаманов «Танца Солнца», которые также обучают новых танцоров и контролируют процесс инициации. Среди индейцев Ute шаманы выбирают и утверждают кандидата, анализируя и интерпретируя его сны (Jorgensen, 1972). Посвящаемые и команды певцов заняты приготовлением к «Танцу Солнца» всю зиму и весну. Современные исполнители «Танца Солн­ца» проходят перед выходом на арену очищение в шалашах для потения и обряд курения «калюмета»* под наблюдени­ем управляющих ритуалом предводителей «Танца Солнца» и носителей черепов буйволов. Двигаясь по 4 раза в каждом основном направлении, танцующие попеременно подступа­ют к деревоподобному столбу, сооруженному в центре пло­щадки для «Танца Солнца», и отступают от него. Этот цен­тральный шест с традиционным убранством, привязанным к нему, символизирует архетип древа жизни и считается источником силы — как канал, по которому стекается кос­мическая энергия.

* Необходимо дать несколько пояснений по тексту В.Жилека относительно обряда очищения — потения и курения «калюмета» (индейской «трубки мира»), поскольку в данной статье автор не конкретизирует некоторые их символические и пространственные характеристики. Табак и курение зани­мают очень важное место в обрядах «Танца Солнца», также как очиститель­ная процедура потения (аналогичная бане). Так например, индейцы сиу, собираясь курить в ритуальных целях, обращались к Солнцу и, когда их труб­ка («калюмет») была зажжена, протягивали ее ему со словами: «Покури, Солнце». Индейский калюмет есть особый дар Солнца или великого духа, а табак — трава священная, и поэтому курение — угодная богам жертва, возно­сящаяся по воздуху к их (богов) местопребыванию.

В тексте неоднократно встречаются различные термины, обозначающие «окуривательный шалаш» различных видов и форм. Для наглядности я при­веду лишь один пример такого «шалаша» у племени делаверов. Шалаш из двенадцати палок, высотой в рост человека. Он нагревался двенадцатью док­расна раскаленными камнями и в нем помещалось 12 человек. Апофеоз обря­да — обильное посыпание раскаленных камней табаком. Подробнее об обря­дах «потения» и «курения» см.: Тайлор Э.Б. Первобытная культура. М., 1989. С. 468—471; 487—489 и др. — Примеч. редактора.

Танцор, который принял священное обязательство, при­вязывается к центральному столбу ремнями из сырой кожи. Они прикрепляются к одному или двум вертелам, которые предводитель «Танца Солнца» вставляет через прорези (чаще бескровные) на коже грудной клетки танцора, нане­сенные запасенным заранее для этой цели ножом. Дуя в свисток из орлиной кости и иногда держа жезл для защиты и силы, посвященный может танцевать часами и продол­жать дергаться и рваться, пока не сломит свою плоть. Осво­бодившись от ремней, которыми был привязан к централь­ному столбу, он падает на землю в полубессознательном состоянии. Другие танцоры могут достичь этого божествен­ного состояния без такого особенного самоистязания, но они должны еще вытерпеть пост, жажду и истощение от напря­женного танца. Группы барабанщиков и певцов сопровож­дают танцующих, другие участники дуют в свистки или стучат ивовыми палочками, в то время как зрители возбуж­дают их пронзительными криками. В попытках достичь же­лаемого измененного состояния сознания (которое в итоге должно принести ему видение) танцору помогают интенсив­ным, ритмичным барабанным боем, производимым множе­ством нестройных, сделанных из шкур животных барабанов. Энергично двигаясь с ускоряющимся темпом в течение 1—2 или даже более часов, танцующий в итоге достигает своего видения. То, что он ощущает как выброс энергии, подбрасывает его в воздух и бросает на землю, тело лежит неподвижно (stonecold), пока душа временно покинула его для своего архетипного шаманского путешествия. Под ру­ководством предводителя «Танца Солнца» другие участники переносят танцора на предназначенное для него место и укладывают так, что его голова указывает на центральный столб — источник шаманской энергии, которая сейчас пере­полняет его. Таким образом исполнитель «Танца Солнца» выполняет свою священную клятву.

Выработка измененного состояния сознания

Обычаи, наблюдаемые сегодня в «Танце Духа» индей­цев Salish и в «Танце Солнца» индейцев сиу, могут быть отнесены к двум группам: (1) содействующие изменению личностных моделей поведения и (2) содействующие лич­ностному ресинтезу и переориентации. Последняя состоит из индивидуальных и групповых терапевтических подхо­дов, в которых разнообразные приемы, обеспечивающие поддержку эго, комбинируются с физическими испытания­ми и дидактическими методами для того, чтобы наполнить кандидатов культурой пропаганды и паниндейской оппози­ционной мифологией (Jilek, 1977). Что касается рассматри­ваемого случая — это приемы, которые способствуют на­полнению культурным содержанием модели поведения, выработке измененных состояний сознания. Они происхо­дят в условиях усиливающейся внешней стимуляции и дви­гательной гиперактивности, изменяющихся с их уменьше­нием, а также включают в себя несколько соматопсихоло-гических факторов (Ludwig, 1968).

Сфокусированное суггестивное внимание

Кандидаты отбираются для специального исцеления. В инициации «Танца Духа» они «захватываются» — предпо­ложительно пока не ожидая этого — рослыми помощника­ми по ритуалу, чьи лица скрыты. Те бросаются на юношей, не давая им двигаться, завязывают им глаза и представля­ют их исполняющему обязанности шаманского ритуалиста,

который предположительно должен «собрать их на смерть», прикасаясь к ним церемониальным жезлом, заключающим в себе энергию. Общее мнение индейцев о силе, которой обладает шаман, таково, что этот символический жест при­чиняет сильные страдания человеку, испытываемому по­добным образом. В «Танце Солнца» кандидат, давший клят­ву «танцевать с пронзенной плотью», отделяется от других танцоров и помещается рядом с центральным столбом. В то время как предводитель «Танца Солнца» делает приготовле­ния для ритуальных надрезов (затачивает жертвенный нож и растирает шалфей на груди кандидата), барабанщики ос­танавливаются, и толпа наблюдает эти приготовления в напряженной тишине. Затем вождь быстро делает надрезы в околососковой области и вставляет вертела, привязанные к ремням из сырой кожи.

Болевая стимуляция

В «Танце Духа» индейцев Salish посвящаемые «испытываются» во время повторяющихся «захватов»: их пугают жезлами с оленьими копытами, хлопающими, бьющими, щекочущими и щипающими незащищенные места груди, живота и ног. Со слов молодого посвященного:

«Они используют опытных танцоров, чтобы причинять тебе боль, потому что они уже получили силу, и они надсмехаются над тобой, чтобы таким образом передать тебе свою энергию. Ты чув­ствуешь эту сильную боль, ты должен визжать и кричать, и до­вольно скоро к тебе приходит твоя песня. Я чувствовал боль в животе, пока они били меня. Я три раза терял сознание, пока они били меня. Они делали это каждое утро и ночь в течение 4 дней».

В «Танце Солнца» индейцев сиу клятва самоистязания обязывает кандидата исполнять повторяющиеся движения по направлению к центральному столбу и назад от него, по 4 раза в каждом основном направлении, постоянно уве­личивая натяжение ремней и вертелов, которыми он при­вязан к столбу, пока в конце концов не «сломит свою плоть». Его тяжелое испытание может продолжаться 1—2 или более часов.

Гипогликемия и обезвоживание

В церемонии «Танца Духа» посвящаемый голодает в течение 4—5 дней. Такой режим строгого поста и жажды становится более стрессовым для кандидата, если к нему применяют метод «поддразнивания» вкусными кусочками лосося или предложением ему воды в протекающих чаш­ках. По крайней мере в течение 4—5 дней поступление жидкости сведено к минимуму. Его губы не должны касать­ся жидкости, но он может высосать несколько капель воды через кость или пластиковую трубку, обвязанную вокруг его шеи. В то же время он теряет жидкость через потоотде­ление во время «бегов» и потения под шерстяным одеялом.

Традиционно участник «Танца Солнца» также приго­тавливается к церемониалу днями поста и жажды и часто соблюдает общее воздержание, длящееся весь ежегодный танец.

Форсированная сверхдвигательная активность

Посвящаемый в «Танце Духа» выводится помощником на ежедневные «бега» вокруг окуривательной палатки или через кустарники; при этом он привязан к помощнику. Бег часто длится до тех пор, пока силы посвящаемого полнос­тью не истощатся. В обряде «Танца Солнца» напряженный танец может продолжаться от восхода до заката, прерыва­ясь только коротким отдыхом.

Температурная стимуляция

(1) Холодом: у индейцев Salish новичков заставляют бегать босиком по снегу, купаться в ледяных реках или в зимнем океане. В курительном вигваме их могут неожи­данно облить холодной водой. Такие гидротерапевтические шоки считаются вспомогательными в вызывании желае­мой песни. (2) Жарой: готовящийся к «Танцу Духа» «под­жаривается» под тяжелым покрывалом из шерстяных одеял. Исполнители «Танца Солнца» подвергаются пере­греву на специальном ложе в течение 30 или 50 минут перед процессом танца; там они сидят, прижавшись тесно друг к другу, и проходят обряд курения, пока молится предводитель «Танца Солнца».

Акустическая стимуляция

«Танец Духа» и «Танец Солнца», совершаемые под ритмичный бой барабанов, сделанных из шкур животных, и сопровождаемые пением, длятся часами. Дополнитель­ные ритмичные звуки производятся биением друг о друга кедровых палок и быстрой тряской копыт лани (Salish); дутьем в орлиную кость, издающую свист, одновременно с биением друг о друга ивовых прутиков (сиу). Экспери­ментальные открытия в области нейрофизиологических эффектов ритмических ударов (Neher, 1961) проясняют значение этого типа сенсорной стимуляции. Физический анализ записей ритмичного биения во время церемонии «Танца Солнца» у прибрежных Salish показывает, что ча­стота ударов охватывает диапазон от 0,8 до 5,0 циклов в секунду, со средней частотой в 2,95 циклов в секунду. Треть зарегистрированных частот была в тета-диапазоне человеческой ЭЭГ, и частоты от 4,0 до 5,0 циклов в се­кунду полностью преобладали в записях ритмических уда­ров, сделанных в течение «grabbing»-процедур* . Из-за присутствия тета-ритмов (4—7 циклов в секунду) в элек­трической активности височной слуховой области коры го­ловного мозга, подвергаемые эксперименту реагируют на интенсивные ритмичные удары в этом диапазоне частот, показывая управление слуховыми реакциями в их ЭЭГ, ассоциирующимися с опытами подробного описания состо­яния транса (Neher, 1961; 1962). Ритмичная акустическая стимуляция ударными инструментами в течение иниции­рования в «Танце Духа» конечно гораздо более интенсив­на, чем в экспериментальных условиях: используется не один, а много кожаных барабанов.

В дополнение к изменяющим сознание действиям, опи­санным выше, при инициации в «Танце Духа» используют­ся следующие методы.

* Неожиданного захвата предполагаемых участников обряда. — Примеч. редактора.

Уединение и ограниченная подвижность

Сроком на четыре, а чаще и на большее количество дней проходящий инициацию помещается в темном курильном доме кубической формы, охраняемом «няньками», которые сидят на краях его одеяла. Находясь там, посвящаемый должен соблюдать самую строгую тишину и избегать любо­го телодвижения.
Лишение сенсорного распознавания зрительных образов

Посвящаемому завязывают глаза в течение «grabbing»-процедуры и оставляют так в течение всего его уединения в темноте в «курительной палатке».

Лишение сна

Лежа в «курительной палатке», новичок спит очень немного — из-за некомфортной обстановки. Часто и по­долгу церемониальные команды поют и бьют в барабан, прерывая его отдых для вынужденной активной дея­тельности.

Кинетическая стимуляция

Процедура «grabbing» каждый день повторяется дваж­ды: посвящаемый подбрасывается вверх и вниз, качается и кружится, его поспешно несут вокруг курительной палатки.

Гипервентиляция

Вынужденное быстрое и глубокое дыхание требуется как непременное условие для исполнения танца. Прошед­шие инициацию вспоминают:

«“Няньки”, как они теперь называются, обычно сообщают вам о том, что если вы собираетесь входить в транс, то вдох должен быть глубоким, очень глубоким, и вы не должны останавливаться, если даже близки к обмороку. Дышать нужно интенсивно, чтобы живот втягивался: “Вы дышите так глубоко, что все ваше тулови­ще. грудь и живот вздымаются. Вы входите в транс прежде, чем начинаете подпрыгивать в танце”, — говорят они».
Измененные состояния сознания и эндогенные опиаты

Эндогенные опиаты, такие как enkephalin и beta-endorphin (возможно, также к ним относятся и другие нейроэн-докринные пептиды типа neurotensin и bradykinin), играют важную роль в поступлении болевой информации. Как пред­ставлено в недавнем кратком обзоре Снайдера (Snyder, 1980), enkephalin, а также возможно и neurotensin, блоки­рует передачу сенсорных нейронов между спинным и голов­ным мозгом. Кроме того, имеются показания функциональ­ного влияния нейроэндокринной опиатной системы на слу­ховое, кинетическое и зрительное восприятие. Структуры тех областей головного мозга, которые связаны со слуховы­ми и вестибулярными функциями организма, показывают высокую плотность enkephalin-ячеек. Некоторые из этих областей, типа дорсального кохлеарного ядра и нижнего colliculus, также богаты опиатными рецепторами; послед­ний сконцентрирован и в нижних вспомогательных опти­ческих ядрах (Snyder, 1980). Эндогенные полипептиды с опиат-действием, возможно, включены в эмоциональные реакции на болевые раздражители и в управление аффек­тивными состояниями, и связаны с поглощением пищи и жидкости (Cleghorn, 1977). Недавние клинические испыта­ния, проведенные в Соединенных Штатах, Швейцарии и Швеции, указывают на то, что парентеральное введение beta-endorphin сопровождается временным психотропным эффектом при применении на клинически-депрессивном (не шизофренике и не умственно отсталом) пациенте. Клайн описал эти результаты как антидисфорическое, антидепрес-сантное, анксиолитическое, аналгезирующее действие; эф­фект начинает проявляться через 5—10 минут после инъек­ции beta-endophin и продолжается от одного до шести часов. Клайн размышляет над тем, что beta-endophin, произведен­ный передней долей гипофиза, может иметь собственный путь создания и управления эмоциональными состояниями (Kline, 1981. P. 140). Те же самые психотропные результа­ты, которые показаны в клинических испытаниях с beta-endophin, могут наблюдаться и в обрядах североамериканс­ких индейцев, описанных выше. В другом месте я подробно описываю положительные терапевтические результаты обряда инициирования, замеченные случаи уменьшения дис­фории и формирования психофизиологического симптома и дальнейшую практику «Танца Духа» (Jilek, 1974). Можно предположить, что эти терапевтические результаты дости­гаются отчасти из-за антидепрессивного, антидисфоричес-кого и анксиолитического эффектов эндогенных опиатов-пептидов, произведенных посредством специфических форм воздействия в процессе инициации. Далее мы можем пред­положить, что выработка этих веществ могла быть запуще­на теми же самыми условиями, что стимулируют возникно­вение измененных состояний сознания в ритуалах — осо­бенно болью, акустической и кинетической стимуляцией, гипогликемией и обезвоживанием в комбинации с физичес­ким напряжением. Такая гипотеза предложена на основе очевидной связи нейроэндокринной опиатной системы с об­ластями ЦНС, содействующими передаче, обработке и ин­теграции сигналов боли, слухового и кинетического воспри­ятия (Snyder, 1980), а также с областями ЦНС, включен­ными в управление эмоциональными состояниями, отвеча­ющими за поглощение еды и пищи (Snyder, 1977). В выше­упомянутых церемониях стимуляция боли часто совмеща­ется с физическим напряжением благодаря повышенной подвижности. Производящий эйфорию эффект этой комби­нации проявляется в инициации индейцев Salish, которые, упражняясь в беге, согласно традиции, бьют себя по ногам кедровыми луками для достижения «легких ног» — радос­тно-веселого состояния и транса; и действительно, некото­рые во время бега переживают «видения силы». Кому-то это напомнит мелкую дрожь современных наркоманов, ко­торая помогает преодолеть начальные болевые ощущения, чтобы после испытать «jogger’s high» — эйфорическое, по­добное трансу состояние, возможно, сопутствующее выра­ботке эндогенных опиатов. Известно, что внушение и гип­ноз могут стимулировать обезболивание, которое снимается naloxon’ом — опиатным антагонистом — и опиат-блокирую-щим устройством. Внушение играет важную роль в дости­жении измененных состояний сознания. В процессе иници­ирования индейцев Salish некоторые кандидаты немедлен­но входят в каталептическое состояние под влиянием пря­мого и коллективного внушения, и под тем же самым вли­янием большинство кандидатов, кажется, способно вынес­ти и болезненные процедуры (Jilek, 1982).

Заключение

В этой работе я предоставил вашему вниманию наблю­дения двух обрядов, которые кажутся культурноспецифи-ческими, но подтверждающими и транскультурные законо­мерности некоторых теоретических предположений о фак­торах, включенных в создание измененных состояний со­знания. Здесь могут играть роль недавно обнаруженные эндогенные опиат-полипептиды. Поэтому заслуживает вни­мания использование действия нейроэндокринных опиат-препаратов в условиях метаболических изменений и сен­сорной стимуляции, получаемых в обрядах, описанных выше, со специфической ритмичной акустической стиму­ляцией, ведущей к слуховым реакциям.

Чтобы достичь целостности в теории человеческого по­ведения, социокультурные и биологические данные долж­ны быть объединены.

Маракаме - поющий шаман

Тамац-каюмари, или с новым видением!

Отправив в рот кусочки пейота, я, честно говоря, ничего не ощутил и стал внимательно разглядывать кактус, в общем-то и на кактус не похожий. Он скорее напоминает молодой гриб дождевик защитного цвета со сморщенной шляпкой и увесистым корнем, которому приходится глубоко ввинчиваться в сухую почву пустыни. Чтобы вырезать гриб... прошу прощения, кактус из земли, нужно основательно поработать ножом. Нескольких кусков, поочередно проглоченных, должно, по идее, хватить для начинающего «пейотиста», видавшему же виды «кактусисту» не бывает достаточно и пяти штук...

Необходимая информация для будущих пейотистов:
Священный кактус произрастает только в одном месте планеты, на священной земле уичолей, в пустыне Вирикута, штат Сан-Луис-Потоси. Его латинское название Fofora Williamsy дано по имени его первооткрывателя американца Джона Уильямса. Пейот, или по-уичольски «хикури», эффективное лечебное природное средство, панацея практически от всех болезней, от истерии до импотенции, а также сильный биостимулятор, источник энергии, духовной и половой потенции.

Противопоказания к его принятию: состояние алкогольного или наркотического опьянения, менструация. Во время приема пейота следует воздерживаться от всякого рода алкалоидов, а также от секса и еды.

Максимальная доза: 5-8 плодов пейота средней величины с перерывами в 15-30 минут между приемом каждого. Принимая пейот, следует тщательно пережевывать его мякоть, запивая небольшим количеством воды. Позыв рвоты необходимо сдерживать.

Посаженный в доме, живой пейот является хранителем и защитником домашнего очага. Его следует поместить в горшок с песком и поливать один раз в 15 дней.

До 1968 года пейот продавался в специализированных магазинах Мексики, а затем указом президента был запрещен к вывозу из штата Сан-Луис-Потоси как нелегальный наркотик и редкий, вымирающий вид лекарственных растений. Нарушение этого указа карается в стране тюремным заключением сроком от пяти до семи лет.

...Прошло несколько минут, и я стал замечать, что краски вокруг стали ярче. Зрение мое, далекое от совершенства, неожиданно как бы улучшилось. Горы, виднеющиеся вдали, немного приблизились и прояснились. Лица товарищей подобрели и разгладились. Сильно захотелось есть и говорить.

Я съел еще пару долек пейота... Нет, видений не было. Наверное, я все-таки недобрал необходимую для галлюцинирования дозу.

Возвращение было бодрым. После «кактусовой встряски» ноги сами несли нас к краю пустыни. Тяжелая аппаратура казалась невесомой, бутылки с водой — легкими, как орлиные перья. Воздействие кактуса было, несомненно, положительным.

Пустыня Вирикута, столь настороженно встретившая нашу группу накануне, провожала нас во всем блеске своих красок, заигравших с утроенной силой от съеденных пейотов.

А совсем недалеко от города младший Аполлонио, опять же стоявший на подножке балансировавшего на краю пропасти джипа, закричал, что видит тамац-каюмари — красного оленя.
Никто не усомнился в его видении.

Веревка смерти

В начале 90-х годов на экраны Южной Америки вышел фильм «Изумрудная сельва». Далеко не киношедевр, но по-своему увлекательная своей экзотикой лента повествует, в частности, о том, как молодой белый вождь индейского племени (индейцы похитили его в младенческом возрасте, вырастили, воспитали и сделали вождем), пытаясь отыскать своих утраченных родителей, принимает какие-то снадобья, благодаря которым его дух превращается в ястреба, взлетает, парит над землей и находит-таки дом предков. Киносказка и ничего больше? Как сказать. На самом деле ничего сверхъестественного в таком опыте нет. Подобные полеты может совершить каждый. Кому повезет. Насчет везения я упомянул не случайно. Дело в том, что «полетом» должен управлять опытный и, главное, честный и добросовестный штурман.

И, конечно, надо побывать для этого в Амазонии.

«Вниманию сеньоров Родригеса и Араухо!»

«Вниманию сеньоров Родригеса и Араухо! Сеньор иностранец из Лимы, о встрече с которым мы договаривались, находится в Икитосе и ждет вас во вторник в условленном месте. Повторяем...»

Эта шифровка, повторенная несколько раз в течение дня, разносилась в эфире над бескрайними просторами Амазонии, и никто, кроме людей, знавших се смысл, не догадался бы, что речь в ней шла обо мне — московском журналисте, изъявившем желание ознакомиться на собственном опыте с одним из самых интересных и загадочных обрядов, издавна практиковавшихся знахарями и колдунами амазонской сельвы.

Родригес и Араухо как раз и были теми знахарями, кто обладал искусством и секретами этого обряда. Как-то будучи в Икитосе, я познакомился и подружился со священником Хосе-Марией Арройо. Он был большим знатоком истории своего города и его персонажей и не раз за чашечкой кофе рассказывал мне о местных нравах, обычаях и традициях. Однажды я спросил у него и про айяуаску. Он улыбнулся: все-то вы, иностранцы, первым делом хотите чего-то «остренького». Я стал оправдываться: будучи журналистом, просто не простил бы себе, если бы не попробовал знаменитой айяуаски.
— А не боитесь? — загадочно спросил священник.
— Кто не рискует, тот не побеждает! — патетически ответил я.
Он обещал подумать и что-нибудь предпринять для того, чтобы удовлетворить мой интерес.
Конечно же, сам отец Арройо не стал заниматься организацией для меня сеанса айяуаски. Зато передал меня в руки ребят из радиостанции «Голоса сельвы», принадлежащей католическому ордену святого Августина. По какой-то, известной только августинцам иерархии, отец Арройо опекал этих ребят. Они-то и вывели меня на двух знахарей — Родригеса и Араухо. Сославшись на отца Хосе-Марию, которого знахари хорошо знали, договорились с ними, что через месяц в Икитос приедет «сеньор иностранец из Лимы». Ему очень надо бы устроить обряд.

В Амазонии нет ни устойчивой телефонной сети, ни быстрой почты. У маленьких поселков, разбросанных по просторам «зеленой планеты», единственное сообщение между собой — по рекам. Но скоро ли доберется почта от одного поселка до другого! А случись что-нибудь срочное, непредвиденное или чрезвычайное? Вот и действует там система радиооповещения — единственно возможная в условиях непроходимых и непроезжих лесов, болот и водной глади.

В определенные часы, словно по системе SOS, люди настраивают свои радиоприемнички на волну «Голоса сельвы» и бесплатно получают известия от родственников, уехавших в Икитос — кто на рынок, кто на учебу, кто на работу, а кто и просто поразвлечься да покуражиться на заработанные. Бог знает какими путями, деньги. Существует и обратная связь — из радиоцентров, тоже рассеянных по удаленным населенным пунктам. Из них к Икитос слетаются радиограммы с пожеланиями, что и за сколько следует купить и в каком количестве, у кого занять деньги, кого поздравить с днем ангела... Так в один прекрасный день амазонский эфир огласился посланием, с которого я начал свое повествование. Пока знахари не откликнулись, расскажу немного об айяуаске.
Между легендой и былью

Об айяуаске в Перу да и по всей Амазонии известно довольно широко. Но даже там немногие доподлинно знают о ее свойствах, а уж тем более — о смысле экзотического ритуала. Легенд ходит масса, и наслушаться можно столько, что волосы встанут дыбом: айяуаска — сильнейший наркотик, ее используют шаманы для их дьявольских церемоний; она обладает чудодейственной силой превращения людей в злых духов и в то же время помогает духам сельвы завладеть умом и помыслами отведавшего ее человека, превратить его в зомби, готового в любой момент послушно выполнить любую программу, заложенную шаманом в его подсознание.

Говорят, с ее помощью человек, ежели пожелает, может перенестись в свое прошлое и будущее, а то и просто за тридевять земель, достоверно увидеть и запомнить до этого совершенно незнакомые ему места, дома и помещения, даже узнать, где запропастился родственник, давно покинувший родной дом, чем занимается в отсутствие мужа жена (или наоборот), кто или что стало причиной раскола в семье, неудачи в делах... Известно и то, что многие знахари используют айяуаску для лечения самых разных недугов. Как всегда бывает, многие из таких версий — экзотический вымысел, хотя в каждой из них, как водится, всегда есть доля правды. Но всего лишь доля, а не правда в ее последней инстанции.
Мне очень хотелось разведать эту правду в ее подлинном, а не построенном на слухах и досужих фантазиях смысле. Надо ли говорить, что для ее подтверждения или, наоборот, чтобы развеять се, нужен соответствующий опыт. Опыт мог быть только личным.

Очищение лианой

В переводе с языка кечуа слово айяуаска означает «веревка смерти»: «айя» — веревка, «уаска» — смерть. Так называется растущая в сельве лиана. Нет, она не убивает, не душит и не отравляет, а обладает определенным наркотическим воздействием на организм. Но всего лишь разовым, привычка не вырабатывается.

Зато лиана оказывает сильнейшее очистительно-расслабляющее действие. Вскоре после ее принятия человек ощущает непреодолимые позывы очиститься всеми возможными естественными способами. И то же самое происходит с его сознанием: айяуаска как бы открывает многие клеточки, дверки и ящички нашего мозга, закупоренные и засоренные нашим образом жизни. Она как бы проветривает их, выпускает наружу все таившиеся в них страхи и ужасы, радости, ожидания и комплексы.
Под легким наркотическим воздействием айяуаски все эти сокровища и шлаки нашего подсознания выплескиваются наружу в виде всевозможных видений и образов — когда красочных, а когда и жутких, леденящих кровь, — очищая тем самым память нашего естественного компьютера и оздоровляя психику пациента.

В процессе сеанса пациент проходит полное очищение — физическое и ментальное. Остальное же — в руках знахаря, который в нужный момент направит и вас, и ход нашего очищения в нужное русло или же поможет вам увидеть то, что недоступно простому смертному в обычных условиях.

Готовят снадобье несложно. Лиану срезают, дробят и толкут, разбивая ее до состояния муки грубого помола. Потом подмешивают в это месиво кое-какие листья и коренья и настаивают на местных самогонах. Затем процеживают, добавляют — в зависимости от конкретных целей — еще некоторые снадобья, и айяуаска готова...
Для опытного знахаря айяуаска служит своего рода ключом, с помощью которого он открывает дверь в подсознательный мир пациента, выпытывает у него причины мучающего того недуга. Ведь к знахарям, а особенно к индейским лесным шаманам, чаще всего приходят лечиться люди темные, неграмотные, даже неспособные толком объяснить, ч го именно их беспокоит. Вот и устраивает им амазонский лекарь этот сеанс откровения, докапываясь до очагов болезни.
Пациенту, решившему обратиться за помощью к айяуаскеро (так зовут в сельве знахарей, пользующихся этим снадобьем), рекомендуют накануне не злоупотреблять едой, а в день сеанса вообще попоститься — можно только пить. Ритуал начинается ближе к полуночи, когда, по мнению знахарей, все космические силы и духи обладают наиболее сильным воздействием на организм человека и сам пациент легче воспринимает все целительные импульсы, идущие к нему от лекаря.
Как правило, пациенты собираются по несколько человек. Предварительно они рассказывают знахарю о своих проблемах и недугах, о том, что хотели бы увидеть или узнать в ходе сеанса, от чего излечиться. Потом усаживаются в круг — на скамеечки или прямо на расстеленных по полу циновках.
Сеанс начинается при малом освещении — только пара свечей или слабый свет «шахтерской» лампы. Каждому выдается ведерко и полотенце — на случай рвоты. Порцию айяуаски выдает сам знахарь. Он обходит сидящих, наливает жидкость в индивидуальный стакан и, вручив его, поглаживает пациента по голове, что-то при этом приговаривая. В соответствии с предварительным заказом — в зависимости от пожелания пациента, желающего вылечиться от чего-то, что-то узнать или увидеть, — айяуаскеро добавляет в эту порцию какие-то дополнительные ингредиенты. Каждый выпивает свою порцию (отвратительную на вкус!) и, взяв ведерко, укладывается на расстеленных вдоль стен циновках в ожидании, что же с ним произойдет.

Начинается с сильной тошноты, головокружения и рвоты. Потом кто-то стремглав бежит в туалет, возвращается и снова укладывается на полу. И тут начинается... Сначала все тело как бы растекается по полу, теряя былую упругость: все мышцы расслабляются до того, что даже пошевелить пальцем становится проблемой. Сердце стучит все реже, и вскоре его пульсация как бы растворяется в общем ватном месиве, которым кажется все, что еще четверть часа назад называлось организмом. Воздуха не хватает, хочется сделать глубокий вдох, но невозможно: привычные, ранее работавшие в автоматическом режиме мышцы не слушаются. В какой-то момент наступает паника: а вдруг процесс станет необратимым, и... Но тут постепенно накатываются видения, и все необычные и даже тревожные мысли растворяются в ином, совершенно новом мире.
О том, что наступила эта фаза сеанса айяуаски, свидетельствуют легкие вздохи, ахи, охи и даже вскрикивания, то и дело начинающиеся раздаваться в полутьме. Кого-то охватывают видения страшных чудовищ, отвратительных монстров, словно пришедших из фильмов ужасов, перед ним разверзается твердь, на него рушатся скалы и здания, его захлестывают цунами, пожирает трясина. А кто-то погружается в мир восхитительных образов.

Словно в стереокино, прямо из-за спины выпархивают гигантские прозрачные бабочки потрясающих расцветок, пролетают кружевные облака, на чуть ли не касающихся лица ветвях качаются райские птицы, перед зачарованным взором распахиваются подернутые пенистыми буранчиками волн лазурные морские дали, в живописных садах распускаются фантастические цветы. Все это происходит при полном сознании пациента, и тот может рассказывать о видениях, содрогаясь, ужасаясь, восхищаясь и даже комментируя.

Этим и пользуется знахарь, приглашая поочередно каждого к себе для, так сказать, индивидуальной работы. Он расспрашивает пациента о том, что ему видится, и таким образом устанавливает диагноз болезни. Мне не удалось выяснить, каким конкретно способом определяется причина того или иного недуга — какой из образов свидетельствует о чем. Ну, скажем, появились перед глазами бабочки — значит, ищи болячку в печени, или, например, образ жар-птицы свидетельствует о проблемах с селезенкой, а бурное море — символ пораженной щитовидки. Как мне потом объяснили, у каждого знахаря своя шкала диагностики, построенная исключительно на личном опыте.

Кроме того — и наверное, это самое главное, — в момент работы с пациентом важна не только интерпретация символов, но и своего рода экстрасенсорный контакт. Ведь в такую минуту все ячейки мозга открыты для знахарских рецепторов и передатчиков, и тот производит не столько образную диагностику, сколько психоаналитический рентген больного. Пациент сам раскрывает перед знахарем историю своей болезни и наводит его на ее очаг. Остается только нанести решающий удар по ней — исцелением духовным или же потом лекарством. Первое начинается тотчас же.

Пациент, скрестив ноги и понурив голову, усаживается перед знахарем. Тот, вооружившись веничком из пальмовых листьев и сигарой-самокруткой из едчайшего, видимо, смешанного с какими-то тоже специально предназначенными для такого случая травами табака, начинает ритуал очищения больного от скверны духовной.

Тихим голосом он запевает какие-то заклинания, по ходу окуривая пациента дымом своей сигары. Слегка покачиваясь и отбивая веничком ритм, взывает на всех известных ему языках ко всем богам и добрым духам Амазонии, моля их посетить пациента и изгнать из него хворь, защитить от порчи, дурного глаза и злой воли нехороших людей.

Постепенно частота песнопений и постукиваний веничком учащаются, охватывая все существо пациента, каждую клеточку его тела, властно подчиняя все его жизненные процессы этому единственному, всепоглощающему ритму. Не меняя ритма, знахарь похлопывает пациента ветками по спине, плечам и рукам, как бы смахивает с них все нечистые помыслы, порчи и недуги, при этом поливает его голову какой-то ароматизированной жидкостью.

Постепенно заклинания стихают, шелест пальмовых веток переходит в легкие поглаживания, и наконец все замирает. Ощущающий неожиданную неслыханную легкость в голове и во всем теле пациент отправляется на свою лежанку и засыпает.
Когда он проснется — а это может произойти и через час, и два, а то и через сутки, — знахарь, если такое потребуется, пропишет ему снадобья, настойки, мази или микстуры, сделанные на травах, кореньях, семенах, цветках или коре амазонских растений. И будьте уверены: не пройдет и пары недель, как больной напрочь забудет, зачем он приходил на этот экзотический — сеанс. Потому что этот последний лекарственный удар будет нанесен в самую «десятку» недуга. И добавьте к этому экстрасенсорное воздействие целительной воли знахаря на распахнутую перед ним настежь душу больного. То есть, у болезни не остается никакого шанса.
А вот что касается «полетов в завтрашний день»...
Отец смотрел мне в глаза...

Я пришел на айяуаску с двоякой целью. Первая, конечно же, была посмотреть и прочувствовать, что же это такое, как ведут себя люди на подобном сеансе. Вторая была сугубо личная, я доверил се знахарю: «Хочу увидеть моего отца и узнать, что будет со мной лет через десять». (Для информации: мой отец умер в апреле 1978 года, а этот сеанс происходил летом 1984 года; моя командировка в Перу подходила к концу, и будущее было совершенно неясным).

Пройдя первую фазу чистилища и испытав всё описанные выше ощущения (я взял с собой маленький микрокассетный магнитофончик, на который пытался записывать то, что происходило со мной; чтобы поднести его ко рту, потребовались усилия обеих рук: легенькая машинка весила в те минуты, казалось, целый пуд!), я вдруг увидел себя мчащимся на автомобиле по странному шоссе или улице, которую воспринял сначала как проекцию виденного мной накануне детективного телефильма, в котором главный герой то и дело гонял по улицам Лас-Вегаса.

Разница состояла лишь в том, что на этот раз дело было ночью: навстречу неслись огни уличных фонарей, и почему-то все редкие световые рекламные вывески находились по левую сторону дороги, оставляя правую в густой, черноте. Да, справа был полный провал. Я закрывал глаза, потряхивал головой, но изображение держалось, и я продолжай! катиться в какую-то ночную неизвестность.

Уверившись, что это — отзвук вчерашнего телефильма — а такое, как мне рассказывали, нередко бывает на сеансах айяуаски: увиденное на экране предстает перед глазами пациента, — я стал покорно ждать, что же будет дальше. «Где же то, что я заказывал? — этот вопрос свербил в моем расслабленном мозгу. — Где же отец, где же мое будущее?» Грешным делом, я даже стал обижаться на знахаря: схалтурил, дескать, дружище.

И уже совсем расстроился, когда над чернятиной справа неожиданно возникла сначала тоненькая светлая полоска, которая стала расти и превратилась в канонический известный нам с детства портретный ряд вождей: Маркс-Энгельс-Ленин-Сталин. «Что за дела! — подумал я. — Откуда они-то взялись? И почему сейчас, здесь?» Снова стал трясти головой, хлопать глазами, но иконостас держался, либо исчезал, но возникал вновь. Неожиданно от него стали отделяться и падать вниз один за другим: сначала Сталин, потом Ленин, а вслед за ним и остальные двое.

Я не переставал удивляться, но видение повторилось. Потом снова и снова. И все это на черном ночном фоне. А потом, когда я уже потерял надежду увидеть что-то еще — ведь действие айяуаски сравнительно недолгое, — «экран» просветлился, и я увидел небольшой морской (или речной?) залив, силуэты белых яхт, гряду скал, построенный из крупных каменных глыб мол, справа —широкий водный простор. Я же оказался стоящим в красивом холле дома, расположенного неподалеку от берега. И над всем этим, будто проецируясь двойным, стереоскопическим изображением, накладываясь на холл и на залив, возникло лицо отца. Оно было нечетким, прозрачным, но устойчивым. Отец смотрел мне в глаза, словно желая что-то сказать, но почему-то молчал, словно не был уверен, стоит ли это делать. Продержавшись какое-то время в такой нерешительности, он тихо покачал головой и исчез.

Что все это значило? Да и было ли это все, не подстроило ли все это мне мое же воображение, изнасилованное отчаянным желанием увидеть и свое будущее, и отца? Вопросы эти много лет не давали мне покоя. Со временем я смирился: все это был мой собственный вымысел, конструкция расслабленного айяуаской мозга. И тихо-тихо стал забывать все, пригрезившееся в ту ночь. Вернее, списал в архив пережитых мной курьезов — не более того.

Так бы и пылились в этом архиве мои впечатления от сеанса айяуаски, если бы в один прекрасный день -всего каких-то пять лет спустя — я, будучи в Уругвае, не оказался именно в таком же холле дома, стоявшего на берегу залива Рио-де-Ла-Платы, и если бы мне не приходилось частенько, возвращаясь из центра Монтевидео в корпункт, мчаться по набережной и видеть бегущие навстречу фонарные столбы и редкие, находившиеся по левую сторону дороги световые рекламные вывески; правая сторона оставалась в густой черноте — там была бескрайняя, погруженная в ночь река.

А потом грянула перестройка и все последовавшее за ней, и стали опадать как осенние листья портреты вождей и все, что было связано с их образами и именами. Если же говорить о моей семье, то на нас в уругвайский период обрушилось немало передряг и невзгод. Не об этом ли хотел предупредить меня мой отец, но почему-то так и не сделал, ограничившись только лишь легким покачиванием головы?..

...Когда силы стали потихоньку возвращаться и я уже мог свободно шевелиться и даже легко поднести ко рту магнитофон, знахарь подозвал меня к себе и устроил, как и всем, сеанс духовного очищения. Потом отпустил. Я отполз на циновку и погрузился в мертвый сон...

На рассвете мы все проснулись, как заново рожденные. До сих пор не припомню такой легкости во всем теле, такого прилива энергии, желания что-то творить, создавать, созидать, как в то утро. Хотелось обсудить все пережитое, и мы гурьбой отправились на берег Амазонки. И там я услышал от Хавьера, одного из журналистов, принимавших участие в сеансе, как он перед приемом айяуаски запрограммировал себя на то, чтобы узнать, где находится его брат, уехавший месяца три назад в Лиму и до сих пор не приславший ни одной весточки, и как ему там живется сейчас. Во время сеанса Хавьер увидел, как его брат весело подбрасывает вверх белого голубя, и тот, сделав несколько кругов, садится на его, хавьерово плечо. Помню, кто-то сказал тогда: «Жди вестей».

И действительно, не прошло и трех дней, как Хавьер собрал всех нас, участников сеанса айяуаски, и с радостью зачитал только что полученное от брата письмо. Тот сообщал, что устроился хорошо и недавно получил приличную работу, а долго не писал только лишь потому, что никак не мог наладить свою жизнь.

Я позавидовал тогда Хавьеру — вот, мол, счастливчик: увидел что-то конкретное и даже получил тому подтверждение.
Но, как видим, и мне тоже повезло, правда, по-своему.

Ягуар принимает Аяуаску

Не только шаманы и курандерос (целители Латинской Америки) принимают Растения Силы. Невероятно, но животные тоже общаются с миром Яге (Аяуаски). Вот удивительный пример — посмотрите собственными глазами и убедитесь в этом сами!

Ягуар принимает Аяуаску. Индейцы верят, что ягуар принимает Яге, чтобы увидеть, где ему искать добычу.

Психоделические лекарства

Джон Хорган «Психоделические лекарства: изменить сознание, восстановить здоровье»
Джон Халперн, первый помощник руководителя исследований наркотической зависимости и токсикомании в больнице Маклин при Гарвардском университете, занимается вопросом применения в традиционной медицине психоделических препаратов. Уже более десятка лет он, интересуясь этой проблемой, консультируется с опытными психиатрами, поднимает архивы и не пропускает ни одной статьи на эту тему.
Его трудам не дано исчезнуть зря. На сегодняшний день он уже добился того, что в Соединенных штатах на официальном уровне разрешили применение МДМА (более известного как Экстази) при оказании помощи больным, находящимся на последней стадии рака. Кроме того, ведутся активные исследования и подготовка к официальному разрешению на применение ЛСД при тяжелых мигренях. Считается, что этот препарат способен облегчать сильнейшие не проходящие головные боли.

Его заинтересованность препаратами данного рода не случайна. Началось все в 90-е годы прошлого столетия, когда Халперн был еще студентом и проходил практику в одной из больниц в Нью-Йорке. Ему пришлось близко познакомиться с наркоманами и алкоголиками, годами тщетно пытавшимися избавиться от своей зависимости при помощи традиционных методов и препаратов. И понял, что эта проблема может иметь весьма нетрадиционное решение.
К такому выводу постепенно приходят врачи-наркологи и психиатры во всем мире. Галлюциногены повсюду тщательно исследуются на предмет помощи при снятии симптомов тревожности и нервозности, сопровождающих алкогольную и наркотическую зависимость. И все идет к тому, что их вскоре начнут принимать в специализированных клиниках официально.

Дело в том, что психоделические препараты способны влиять на восприятие человека. Наряду с ЛСД к таким природным веществам можно отнести активный ингредиент кактуса, псилоцибину (активный компонент некоторых видов грибов), мескалину, а также шаманский отвар из более сотни растений Амазонки под названием айяуаска, содержащий ДМТ-компоненту.

Суета ученых и медиков вокруг этих препаратов началась еще во время второй мировой войны, как это обычно бывает, совершенно случайно. Шведский химик-фармацевт Альберт Хоффман в ходе своих исследований нечаянно принял ЛСД, после чего подробно описал свои наркотические ощущения как чудесные и страшные одновременно галлюцинации. Эти странные перепады в сознании были и вправду весьма схожи с симптомами различных психических заболеваний. Поэтому ЛСД и схожие наркотические вещества получили название «психотомиметики».

Немного позже Хампри Осмонд, практикующий психиатр из Англии, изучавший воздействие галлюциногенов на сознание человека, пришел к выводу, что эти вещества способны положительно влиять на психику человека и, следовательно, на его жизнь и здоровье в целом. В этой связи он предложил называть их психоделиками, что в переводе с греческого дословно означает «раскрывающий сознание». Ученые со всего мира поддержали его, и с его подачи начались активные исследования в применении этих препаратов при лечении шизофрении и других психических заболеваний, а также в борьбе с алкоголизмом, наркоманией и тяжелой депрессией. Надо отметить, что выводы в пользу психоделиков были небеспочвенны.

Однако в 60-х годах, после полного запрета психоделических препаратов в Европе, Америке и Канаде, все исследования и опыты пришлось прекратить. Это связано с не совсем адекватным поведением одного из ярых поборников применения галлюциногенов, в частности ЛСД и псилоцибина при адаптации и реабилитации заключенных, а также в случаях сильной алкогольной зависимости. Поначалу эксперименты Тимоти Лири были весьма успешны и доказательны, однако через некоторое время он полностью подорвал доверительное отношение к себе как к ученому и ко всем психоделическим препаратам в целом, заявляя во всеуслышание о том, что эти вещества являются средством духовного просветления. Этот факт и привел к повсеместному запрету на государственном уровне всяких препаратов данного рода, вследствие чего прекратились и все исследования, с ними связанные.

Окончательный вердикт этим средствам был вынесен в 1971 году, когда The Journal of the American Medical Association напечатал в своей статье на эту тему о том, что галлюциногены при их систематичном употреблении непременно ведут к распаду личности.

Однако часть энтузиастов все же не остановить. Не смотря на все официальные запреты и сложности с оформлением разрешения на исследования, они не боятся дискредитировать себя в глазах научного сообщества и запятнать свою врачебную репутацию. В 80-е годы Рик Доблин, обойдя все препоны, занялся исследованиями в этой области. Ему удалось даже открыть во Флориде многопрофильную ассоциацию для изучения психоделиков (Multidisciplinary Association for Psychedelic Studies, MAPS). Эта организация уже несколько десятилетий борется за разрешение на реабилитацию галлюциногенных веществ на правительственном уровне, а также за возобновление лабораторных и клинических исследований в этой области науки. MAPS удалось даже наладить финансирование этих экспериментов со стороны частных лиц и государства. Сам Рик Доблин после написания диссертации о контроле государства за оборотом препаратов психоделического характера, получил докторскую степень в Гарварде.

В своих попытках переубедить все мировое сообщество после роковой ошибки Лири, MAPS успешно сотрудничает с Исследовательским институтом Хефтера в Санта-Фе, Нью-Мехико. Оба энтузиаста уверены в том, что их труды не прошли напрасно, и что они стоят на пороге полной реабилитации психоделиков, (разумеется, под надлежащим контролем государства) в лечении душевнобольных пациентов, в облегчении тяжелых симптомов неизлечимых заболеваний и людей, страдающих разного рода зависимостями.

Учитывая общее, и, по мнению Халперна, неоправданное недоверие к психоделикам в связи с их якобы опасностью с точки зрения целостности человеческой личности, логично было начать исследования в области определения степени риска при приеме данного ряда препаратов для физического и душевного здоровья человека. Узнав, что на юго-западе Соединенных Штатов существует резервация индейцев навахо, которым официально разрешено употребление мескалина по религиозным соображениям, он направился туда. Среди членов Native American Church существуют люди, систематически употребляющие это вещество, но воздерживающиеся от других видов наркотиков и алкоголя. Эта группа и стала предметом тщательного изучения Халперна.
В ходе исследований на коэффициент умственного развития и измерение интеллекта выяснилось, что умственные способности этой группы ничем не отличаются от оных у людей, не имеющих вредных привычек вообще. А в сравнении с бывшими алкоголиками, не употреблявшими крепкие напитки более трех месяцев, члены Native American Church находятся в более выгодном положении, если судить по этим параметрам.

Кроме того, у членов данного религиозного общества полностью отсутствует такое явление как «флэшбэк» - возможность человеческой психики заново испытывать сильные, яркие эмоции (как отрицательные, так и положительные) через некоторый промежуток времени при определенных условиях.
Результаты этих исследований, по мнению Халперна, позволят в ближайшем будущем реабилитировать мескалин в глазах мирового сообщества с тем, чтобы разрешить его систематически употреблять безо всякого риска для здоровья. А также это послужит толчком к возобновлению исследований и других неоправданно запрещенных препаратов.

Таких, например, как MDMA, широко известное под сленговым именем «экстази», исследования которого недавно начались в США, Швейцарии, Израиле и Великобритании. MDMA способен вызывать чувство доверия по отношению к другим людям, а также снижать чувства страха и беспокойства. Эти эмоциональные эффекты заметно отличают и выделяют MDMA среди других психоделиков в отдельную группу эмпатогенов. Поэтому еще до своего запрета в 1985 году, MDMA активно применялся как вспомогательное средство в психотерапии, в особенности для разрешения семейных проблем и конфликтов. Сегодня Халперн и другие ученые с мировым именем разрабатывают методики лечения посттравматических расстройств психики и рака крови посредством этого препарата.

Однако, по некоторым неофициальным данным, считается, что MDMA способен негативно влиять на клетки мозга, разрушая их. Поиски опровержений этого факта привели Джона Халперна на средний запад США, где он исследовал группу людей, употреблявших MDMA без алкоголя и других наркотических веществ. Результаты исследований были напечатаны в журнале Drug and Alcohol Dependence. Оказалось, что при частом и чрезмерном употреблении Экстази, действительно снижается скорость умственных процессов и импульсивность. Если же его принимать в разумных пределах, никакого значительного вреда здоровью это не принесет. Таким образом, ученый сделал вывод, что в некоторых случаях действительно можно использовать этот препарат, однако лишь тогда, когда положительный успокаивающий эффект намного перевешивает степень возможного риска.

Наряду с MDMA Халперн не перестает изучать и положительные последствия приема настоящих галлюциногенов, таких как ибоигаин - экстракт африканского кустарника Tabernanthe iboga, псилоцибин, ДМТ и ЛСД. Они вызывают у людей необычное эмоциональное состояние, схожее с эйфорией, после чего наступает внезапное прозрение, человек открывает для себя истину. После таких переживаний на протяжении нескольких месяцев после приема психоделиков у человека снижается алкогольная зависимость и тяга к наркотическим веществам. Причем пока галлюциноген действует, человеку можно внушить эти истины, и он будет им впоследствии долго следовать. Кроме явного психологического эффекта не исключен и эффект биохимический, но это еще предстоит доказать.

Борьба со всякого рода зависимостями перестала быть главной целью Джона Халперна. В настоящее время по просьбе целой группы пациентов из больницы он занимается изучением гистаминовой головной боли - сильной приступообразной головной боли с периодическими рецидивами. Ее жгучие, сверлящие, пронизывающие симптомы чрезвычайно беспокоят пациентов порой по несколько месяцев. Существует мнение, что это связано с вздутием кровеносных сосудов головного мозга. Халперн хочет добиться разрешения начать исследования по применению ЛСД и псилоцибина в борьбе с этими страшно изнуряющими симптомами.

Обычные болеутоляющие препараты не в состоянии уменьшить постоянно возобновляющиеся страдания пациентов, а эти психоделики поразили ученого врача тем, что по своему химическому составу они схожи с природным компонентом эрготом, который способен сужать сосуды головного мозга. Его производные, эрготамин и метисергид, служат помощниками при сильных мигренях. Таким образом, ЛСД и псилоцибин, как и эргот, могут помогать в качестве вспомогательного средства при наступлении сильных симптомов, и даже в некоторых случаях предотвращать их.
Эндрю Сивел, сподвижник Халперна и его коллега по Гарварду, активно занялся сбором данных непосредственно от пациентов, страдающих от гистаминовой головной боли и принимающих один из этих психоделиков. Двое этих ученых объединили свои усилия в том, чтобы доказать сначала самим себе, а в дальнейшем и всему научному обществу в целом то, что ЛСД и псилоцибин заслуживают испытаний в данной области медицины.

Чарльз Гроб, психиатр медицинского центра Harbor-UCLA в Лос-Анжелесе, Калифорния, и один из основателей института Хеффтера, изучает в данный момент влияние псилоцибина на снижение сильных болевых симптомов у трех пациентов, страдающих от последней стадии рака. По причине многих запретов и бюрократических препонов работа над этим вопросом продвигается очень медленно. Помимо помощи в борьбе с нестерпимой раковой болью психоделики в данном случае будут также помогать пациентам справиться со страхом и тревожным состоянием, непременно сопровождающими этот недуг.
Исследования действия псилоцибина – не единственное занятие Гроба в области галлюциногенов. У него есть также труды, посвященные айяуаске, священному отвару, который используют шаманы. Психоделическое действие айяуаски объясняется наличием в нем ДМТ - алкалоида, психоактивного вещества из класса триптаминов. Этот отвар способен вызвать помутнение сознания и видения, что помогает шаманам в их работе с посетителями. После его принятия человека может сопровождать тошнота и диарея, хотя-бы поэтому он не может вызывать наркотической зависимости. Несколько южноамериканских церквей, поклоняющихся одновременно христианскому богу и природе, добились у бразильского правительства официального разрешения на употребление этого напитка во время обрядов и церемоний.

Члены крупнейшей из этих церквей, Uniao Do Vegetal, систематически употребляющие айяуаску, подверглись тщательному исследованию со стороны ученых – сподвижников Гроба. В результате Чарльз Гроб опубликовал в Journal of Nervous And Mental Disease статью, в которой писал о том, что многие члены UDV при помощи священного галлюциногенного напитка сумели справиться с алкогольной, наркотической зависимостью и с другими угнетающими расстройствами психики, сумев полностью поменять свое отношение к жизни. Они менее подвержены стрессам и депрессиям, так как у них больше серотониновых рецепторов, и общее состояние здоровья, как психическое, так и физическое у них на порядок выше, чем у членов контрольной группы.
Большие различия в поведении наблюдаются также у подростков, которые с раннего детства систематически употребляли во время обрядов этот отвар. Они менее подвержены стрессам, присущим современным тинейджерам, и, следовательно, сами собой исключаются проблемы с алкоголизмом, наркоманией и преступностью. Не исключено, что на их поведение может влиять глубокая вера в бога и в силы природы. Это еще предстоит изучить подробнее.
Это еще далеко не весь список ученых, занимающихся вопросом реанимации психоделиков как медицинских препаратов при лечении психических заболеваний. Франциско Морено, психиатр из Аризонского университета, Тускон, занимается исследованием псилоцибина, в частности его влияние на поведение пациентов, страдающих навязчивыми неврозами. На многих из них, к сожалению, не действуют даже самые сильные успокоительные средства, да и сама психотерапия порой бессильна. В таких случаях официальная традиционная медицина прибегает к очень нежелательным операциям на головном мозге или к электрошоковой терапии. Заменить эти вмешательства в нервную систему человека смогли бы психоделики, в данном случае псилоцибин, осталось только добиться их официального разрешения.

Морено удалось найти 9 пациентов, страдающих навязчивыми неврозами и невосприимчивых к Прозаку и другим сильным успокоительным средствам. Они любезно согласились на эксперимент с псилоцибином, который показал, что этот галлюциноген является абсолютно безопасным не только в минимальных, но даже в рабочих дозах. Остальные результаты опытов Морено собирается обнародовать в специализированном издании, посему держит их в строжайшем секрете.

В настоящее время на средства MAPS в Чарльстоне, Южная Каролина, также проводится исследование на людях, перенесших насильственные преступления и получивших неизлечимые традиционными методами моральные травмы. По статистике пятая часть от всех людей, переживших сильную утрату или большое несчастье, не поддаются лечению классической когнитивно-поведенческой психотерапией и антидепрессантами. Исследователь Майкл Митфер пытается при помощи MDMA избавить их от внезапных приступов страха и ночных кошмаров.

В 1984 году в СССР начались, пожалуй, самые масштабные исследования, касающиеся лекарств из ряда психоделиков. Они финансировались MAPS и институтом Хеффтера. Заведующий Ленинградской клиникой для наркозависимых, психиатр Евгений Крупицкий, в течение двух десятилетий, вплоть до момента ужесточения законодательства в отношении медицинского использования кетамина, изучал действие данного препарата на людей, страдающих алкоголизмом и героиновой аддикцией. Кетамин по сути своей – это производное от ЛСД, он способен примерно на час отделить сознание от тела человека. Во время «кетаминового сна» людей посещают видения, они попадают в новые реальности, и в этот момент им можно внушить новые истины и взгляды на жизнь и на все окружающее. Крупицкий, в частности, предлагал алкоголику во время сеанса выпить бутылку водки, одновременно внушая отвращение к ней, которое действовало в дальнейшем долгое время. Четверть из исследуемых пациентов не употребляла алкогольные напитки в течение целого года.
Не смотря на ужесточение со стороны государства, Крупицкий не собирается сдаваться и не перестает добиваться разрешения на возобновление своих исследований.

Закрыв на несколько лет финансирование в России в виду запретов на кетамин, Доблин совместно с институтом Хеффтера обратили свой взгляд на Испанию и Израиль, добиваясь разрешения на проведение исследований действия MDMA на пациентов, не реагирующих на классическую терапию, страдающих от посттравматических стрессов. В Швейцарии, в Цюрихе на их средства уже провели исследования физиологических эффектов MDMA , а также псилоцибина, и психиатр Франс Фолленвейдер вот-вот уже начнет их клинические эксперименты. Раскинув свои финансовые возможности далеко за пределы Соединенных Штатов, они продолжают также заниматься исследованиями ибогаина.

Все эти исследования и финансирование проводятся с одной главной целью – реабилитировать психоделические препараты и вернуть их официально в клиники по всему миру. Доблин также имеет все основания ожидать разрешения принимать галлюциногены и людям, не нуждающимся в лечении, как это делают члены Uniao Do Vegetal, Native American Church и других организаций духовного характера.

Достичь этого будет крайне тяжело. Недоверие к психоделикам, вызванное Тимоти Лири, мешает решать все проблемы с их реабилитацией. Не смотря на все исследования и статистические данные, Доблин то и дело натыкается на бюрократические препоны со стороны государства, особенные трудности связаны с поисками постоянных источников финансирования. Ведь государство по понятным причинам отказывается датировать эту отрасль науки, а частные организации, как правило, сложно убедить в том, что запреты на эти вещества будут непременно сняты, и их материальные средства рано или поздно начнут приносить прибыль. Получается замкнутый круг, однако кое-какие плоды эта борьба уже начала приносить. К примеру, на основании исследований Гроба касательно айяуаски, о которых уже говорилось выше, членам UDV в Санта Фе, Нью Мехико, законом разрешили в своих обрядах использовать этот напиток. Это на самом деле большой прорыв, который дает надежду на постепенную реабилитацию и других психоделических веществ как недооцененных медицинских препаратов, необходимых в исцелении порой неизлечимых заболеваний.